Записи сделаны в Апрель, 2020

Требуется помощь (видео-обращение)

Размещено Апр 27, 2020 в Видео | 1 комментарий

Наше Подворье Свято-Михайло-Афонского монастыря в селе Береговое нуждается в помощи. Номер карты Сбербанка: 2202 2001 5716 4722 Токорев Филипп Сергеевич.
.

#православие #монастырь #подворье #монах #нужнапомощь #береговое #геленджик

Просмотры (3035)

Читать далее

Кто был Апостол Фома? (ВИДЕО)

Размещено Апр 26, 2020 в Видео | 0 комментариев

 

 

Просмотры (1)

Читать далее

Проповедь Aрхиепископа Иоанна (Шаховского) на 9-е Евангелие (Иоанна, Глава 20, ст. 19-31)

Размещено Апр 26, 2020 в Статьи | 0 комментариев

В тот же первый день недели вечером, когда двери дома, где Его ученики собирались, были заперты из опасения от Иудеев, Иисус пришёл и стал посередине, и говорит им: мир вам! Сказав это, Он показал им Свои руки и ноги и рёбра. Ученики обрадовались, увидев Господа. Иисус же сказал им вторично: мир вам! как Отец послал Меня, так и Я посылаю вас. Сказав это, дунул, и говорит им: примите Святого Духа. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся. Фома же, один из двенадцати, называемый Близнец, не был тут с ними, когда приходил Иисус. Другие ученики сказали ему: мы видели Господа. Но он сказал им: если не увижу на Его руках ран от гвоздей, и не вложу моего пальца в раны от гвоздей, и не вложу моей руки в Его рёбра, не поверю. Через восемь дней Его ученики опять были в доме, и Фома с ними. Иисус пришёл, когда двери были заперты, стал посредине них и сказал: мир вам! Потом говорит Фоме: подай твой палец сюда и посмотри Мои руки; подай твою руку и вложи в Мои рёбра; и не будь неверующим, но верующим. Фома ответил Ему: мой Господь и мой Бог! Иисус говорит ему: ты поверил, потому что увидел Меня; блаженны невидевшие и уверовавшие. Иисус сотворил перед Своими учениками и много других чудес, о которых не написано в этой книге. Это же написано, чтобы вы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его.

Aрхиепископ Иоанн (Шаховской)

Что означают эти затворенные двери, о которых говорит повествователь события? В евангельских событиях нет ни единой строки, которая бы была написана без необходимости. В воскресенье, «в поздний час» – новая подробность: час поздний – пришел Иисус к ученикам через затворенные двери.

Двери апостольской горницы были заперты, и мы знаем – отчего. Ученики Христовы переживали страшные часы внутренней и внешней покинутости. Они, три года тому назад оставили мир, от всего отреклись ради Иисуса, а Иисус их оставил. За казнью Учителя назревали в городе казни Его последователей. Страх за жизнь усиливался еще и тем, что Петр и Иоанн были утром у гроба и нашли его пустым. Не украли ли иудеи тело Иисусово? Но в комнате, здесь же, были Мария Магдалина, Мария Иаковлева, и другие женщины – свидетельницы необычайного, говорящие о встрече с Господом, блистающим, белым, о белых мужах, сидящих при гробе… Известия женщин были слишком необычайны, чтобы из-за них можно было забыть жизненную опасность: не украли ли иудеи тело Учителя, чтобы обвинить учеников, чтобы так же уничтожить их, как и Учителя?.. Прежде всего, двери собрания надо было держать на запоре.

И вот, сквозь эту запертую дверь к ним вошел Христос. Как удивительно внешние события Евангелия согласуются с внутренними событиями души человеческой, находящейся около Христа.

Подумаем: ведь если бы двери душ учеников Христовых были раскрыты для Христа, разве могли бы ученики запереть двери своей горницы? Они бы презрели все, опасность от фанатических иудеев, опасность от властей, они бы, при первом малом звуке о Воскресшем Христе, широко бы распахнули двери своего собрания, и стали бы у порога с радостным страхом и трепетным ожиданием.

Но ученики Христовы заперли свои двери. Во-первых, двери своих еще не просвещенных благодатию душ, во-вторых, двери своего собрания. Они закрыли двери и заперли себя. Заперли себя, как бы, – от благодати. Оставили только внутри себя часть своей свободы: свободы верить, как и свободы сомневаться.

Но… – дверьми затворенными – пришел Иисус, и стал посреди них и сказал им: «мир вам»… И второй раз сказал: «мир вам»… «Как послал Меня Отец так и Я посылаю вас». «Примите Духа Святого»… И – дал власть отпускать грехи мира.

Слабы, немощны были ученики, чтобы открыть двери Воскресшему Господу их и Спасителю. Но «Бог – любовь есть». Бог вошел к ним и затворенными дверями. Он вошел к ним и сказал, конечно, то же, что сказал бы Он, если бы двери были открыты, и вера их была бы сильнее. Два раза Он бедным, немощным детям Своим дал мир. И послал их, сейчас же, покорять весь мир, немирный, бушующий, захваченный злом мир. «Примите Духа Святого»… И дал им власть безмерную: прощать, и не прощать грехи.

Высота неизъяснимого влечения Божия к любимой твари, к немощной твари, слабой, нищей. Поистине, Бог есть Отец. Самый любящий, самый блаженный Отец. Все делает Бог человеку и за человека. Придите, окамененные сердца.

Через все двери проходит Господь, которыми мы запираем от Него свою душу. Во плоти Воскресший, как человек, входит Бог в каждого из нас, и говорит каждому: «мир да будет с тобою». Не глазам, но душе нашей, Он показывает Свои – во искупление грехов человеческих – прободенные руки и ноги, и говорит еще нашей сомневающейся душе: «блаженны не видящие, но верующие».

И здесь уже – наша воля: принять или не принять Бога.

Просмотры (2)

Читать далее

В Неделю Антипасхи Святая Церковь вспоминает утверждение в вере апостола Фомы

Размещено Апр 26, 2020 в Статьи | 0 комментариев

Осязание Фомы

Осязание Фомы

Сегодня, в неделю 2-ю по Пасхе (Антипасху) Церковь вспоминает уверение апостола Фомы. 

Святого апостола Фому на самом деле звали Иуда и был он родом из галилейского города Пансады. «Фома» – его прозвище, которое по-арамейски значит «близнец». Услышав проповедь Спасителя, он всё оставил и пошел вслед за Ним.

Однажды Иисус сказал, что собирается идти в Иудею. Уже было известно, что там Христа ждали враги. Апостолы стали отговаривать Учителя от рискованного путешествия. Тогда порывистый и смелый Фома сказал ученикам: «Пойдем и мы умрем с ним!».

Наиболее известный евангельский эпизод с участием апостола Фомы связан с событиями после Воскресения Христова. В Евангелии от Иоанна сохранилось свидетельство того, как святой Фома воспринял весть о Воскресении Спасителя. Он не удовлетворился рассказами других учеников и сказал: «Если не увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу перста моего в раны от гвоздей, не поверю». На восьмой день после Воскресения Господь явился апостолам, среди которых был и Фома, показал Свои раны и обратился к нему: «Подай перст твой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои; и не будь неверующим, но верующим». Фома сказал в ответ: «Господь мой и Бог мой!». Сомнение Фомы было особенным, оно послужило окончательному утверждению в вере учеников Христа от апостольского века и до наших дней.

Святитель Иоанн Златоуст так пишет об апостоле: «Фома, бывший некогда слабее других апостолов в вере, сделался по благодати Божией мужественнее, ревностнее и неутомимее всех их».

С именем апостола Фомы православные и католики традиционно связывают проповедь христианства в Индии.

В 1293 году Марко Поло посетит Индию. В своих записках он сообщит о посещении гробницы апостола Фомы в Индии, в области Малабар, и назовет местных жителей «христианами апостола Фомы». В это же время о своем посещении гробницы святого апостола Фомы в Индии сообщит и известный миссионер и исследователь Джованни из Монтекорвино. А несколько позже, в 1324 году, и монах-францисканец Одорико из Порденонегоду напишет о своем путешествии и поклонении апостолу Фоме на месте его захоронения.

О проповеди апостола Фомы в Индии сообщают древние церковные писатели, среди которых Григорий Богослов (329-390), Амвросий Медиоланский (333-397), Иероним Стридонский (342-420), Павлин Ноланский (354-431) и другие.

Потомки древних христиан Индии называют себя христианами апостола Фомы и считают этого апостола основоположником своей Церкви. Они и по сей день «крепко придерживаются устного предания о своих апостольских корнях». Хотя ряд современных историков считают, что христианство в Индию принёс не он, а Фома Канский в IV веке.

Существует легенда, появившаяся в XIII веке, о том, что апостол Фома пробыл несколько дней в Китае. Однако, увидев, что его деятельность не даёт плодов, апостол вернулся назад, оставив в Китае трёх или четырёх учеников.

Также согласно Священному Преданию, апостол Фома не присутствовал при погребении Богородицы. Он пришел в Иерусалим по прошествии двух дней на третий и стал плакать возле гроба. Апостолы сжалились над ним и отвалили камень от гроба, чтобы Апостол Фома мог приложиться к святому телу Приснодевы. Но тело Её исчезло, и в пещере лежали только погребальные пелены. Пречистая Богородица была взята на небо в теле.

По церковному преданию, после Воскресения и Вознесения Спасителя святому апостолу Фоме выпало проповедовать в Эфиопии, а также на Востоке. В своих странствиях он прошел до самой Индии. За обращение в христианство сына и супруги правителя индийского города Мелипуры святой Фома был заключен в темницу. Апостола пытали и казнили, проткнув пятью копьями. Частицы мощей святого апостола Фомы есть в Индии, Венгрии и на Афоне.

В честь апостола Фомы названы остров Сан-Томеи столица государства Сан-Томе и Принсипи город Сан-Томе.

Просмотры (0)

Читать далее

Почему ученик Христа не поверил в Его воскресение?

Размещено Апр 26, 2020 в Статьи | 0 комментариев

Почему ученик Христа не поверил в Его воскресение?

И другие недоуменные вопросы об апостоле Фоме

О том, почему ученик Христа не поверил свидетельству своих друзей-апостолов, для чего Иисус не спешил рассеивать его сомнения и как неверующий апостол в одно мгновение стал великим богословом, рассказывают святые толкователи Библии ко дню небесного покровителя нашего журнала (Фома).

 

Но сначала вспомним саму евангельскую историю.

Фома же, один из Двенадцати, называемый Близнец, не был тут с ними, когда приходил Иисус. Другие ученики сказали ему: мы видели Господа. Но он сказал им: если не увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра Его, не поверю. После восьми дней опять были в доме ученики Его, и Фома с ними. Пришел Иисус, когда двери были заперты, стал посреди них и сказал: мир вам! Потом говорит Фоме: подай перст твой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои; и не будь неверующим, но верующим. Фома сказал Ему в ответ: Господь мой и Бог мой! Иисус говорит ему: ты поверил, потому что увидел Меня; блаженны невидевшие и уверовавшие (Ин 20:24–29).

 

 

Почему Фомы не было вместе с остальными апостолами, когда им явился Воскресший Христос?

Многие толкователи пишут, что апостол в это время все еще прятался после ареста и казни своего Учителя. Находясь в состоянии крайней подавленности, Фома, по-видимому, долго не мог и не хотел никого видеть, предпочитая переживать смерть Христа в одиночестве. Кроме того, святитель Иоанн Златоуст отмечает, что отсутствие апостола, было по-своему промыслительно: «По великому домостроительству Христову Фома отсутствовал тогда, чтобы его сомнение сделало достовернейшим воскресение, потому что если бы Фома не был тогда в отсутствии и не усомнился бы в воскресении, и Господь не разрешил бы его сомнения очевидным доказательством, то чудо воскресения продолжало бы соблазнять еще многих. А его сомнение и послужило врачевством для всех верных».

 

Отчего же Фома не поверил словам своих ближайших друзей-апостолов?

Парадоксально, но святитель Кирилл Иерусалимский предполагал, что неверие апостола было связано с огромной радостью, которую он испытал от услышанного. Это же внутреннее ликование вступало, однако, в жесточайший внутренний конфликт со страхом столкнуться в итоге с еще более горьким разочарованием — с тем, что Христос не воскрес. Фома, как бы мы сказали сейчас, не верил своему счастью. Более того, он страшился и того, что, быть может, только его одного любимый Учитель лишил возможности увидеть себя после Воскресения.

Явление Христа на озере Тивериадском

Святитель Кирилл Иерусалимский пишет: «Но мне кажется вернее, что ученик сей не столько не доверял речам этим, сколько был охвачен последнею степенью печали о том, что сам он не удостоился видения Спасителя нашего. Ведь он, быть может, думал, что совсем лишится этого видения. Знал он, конечно, что Господь есть Жизнь по природе и не бессилен избежать даже самой смерти и разрушить власть тления. Ведь Кто отгонял это от других, неужели бы не удалил от собственной плоти? Но вследствие весьма большой радости он становится близким к неверию и как бы с сильным и стремительным порывом вожделевает видеть Его уже присутствующим и окончательно удостовериться в том, что Он снова ожил, согласно бывшему от Него обещанию».

Другие толкователи добавляют к этому, что Фома просто считал совершенно невозможным тот факт, что умерший человек может воскреснуть. Такому известию он мог поверить только тогда, когда сам, своими собственными глазами увидит живого Христа и своими собственными руками дотронется до Его воскресшего тела.

Святитель Иоанн Златоуст пишет: «Когда Апостолы сказали ему: видехом Господа, он не поверил не столько по недоверию к ним, сколько потому, что считал невозможным это дело, то есть воскресение из мертвых. Он не сказал: я не верю вам, но: аще не вложу руку мою, не иму веры… В самом деле, (Фома) искал себе удостоверения посредством самого грубого чувства и не верил даже глазам. Он не сказал: если не увижу, но: если не осяжу, чтобы узнать, не призрак ли то, что я вижу. Без сомнения, и возвестившие ученики были уже достойны веры, равно как и Сам, обещавший это; тем не менее, однако ж, поелику Фома искал себе большего, то Христос не отказал ему и в этом».

 

Почему же Христос явился Фоме только через восемь дней, а не сразу?

Святитель Иоанн Златоуст пишет: «Для того, чтобы Фома, внимая в течение этого времени убеждениям учеников и слыша одно и то же, воспламенился большим желанием и сделался более твердым в вере на будущее время. Но откуда он знал, что и ребра прободены (ведь апостол не присутствовал при распятии Христа. — Прим. ред.)? Слышал это от учеников. Отчего же этому он поверил, а тому не поверил? Оттого, что то было событие совершенно необыкновенное и чудесное. Но ты заметь правдолюбие Апостолов: они не скрывают недостатков ни своих, ни чужих, но описывают их со всею истиною».

А святитель Кирилл Иерусалимский замечает, что явление Христа Фоме именно на восьмой день, то есть в воскресенье, имеет еще иносказательный смысл: «Чрез это Христос ясно указывал нам время собраний ради Него. Ведь Он приходит, без сомнения, и некоторым образом сожительствует с собранными ради Него в восьмой день особенно, то есть в воскресенье … Поэтому мы вполне основательно делаем святые собрания в церквях в восьмой день (то есть собираемся в воскресный день на литургию. — Прим. ред.). А если надо сказать и что-либо таинственное, ради неотвратимой потребности ума, то хотя мы запираем двери, но Христос приходит и является всем нам, как невидимо, так и видимо: невидимо как Бог, а видимо опять в теле. Дозволяет же и дает прикасаться Святой Своей Плоти, когда мы по благодати Божией приступаем к приобщению таинственного Благословения (Евхаристии), принимая Христа в руки, дабы и мы крепко уверовали, что истинно воскресил Он Свой собственный храм».

Таким образом, можно сказать, что, приступая к чаше на воскресной литургии, мы, подобно Фоме, прикасаемся к Телу Самого Христа. Таинство Евхаристии — это личное уверение каждого верующего в подлинности воскресения Богочеловека.

 

Но если Христос воскрес, то почему на Его теле остались раны от гвоздей и римского копья?  

Для того, чтобы у апостолов не было никаких сомнений относительно реальности Его воскресения. Святитель Кирилл Иерусалимский пишет: «Почитая необходимым исследование этого, отвечу на предложенные недоумения, сколько можно, и постараюсь раскрыть, что после времени воскресения в нас не останется никакой недостаток вкравшегося тления, но, как премудрый Павел сказал об этом теле, что посеянное в немощи, восстает в славе (1 Кор 15:43). Но так как Фома для полного убеждения требовал и этого, то Господь наш Иисус Христос, считая необходимым не давать никакого повода нашему маловерию, как Фома требовал, так и является».

И далее: «Итак, чтобы не думали некоторые, что Господь восстал чистым духом, и чтобы не веровали, что восстало неосязаемое тело, тенеобразное и воздушное, которое некоторые называют духовным, но именно то самое, что посеяно в тлении, по слову Павла (1 Кор 15:42), — Он делал и показывал то, что было свойственно вещественному телу».

 

А почему Фома назвал Христа и «Господом», и «Богом»?

Такое обращение апостола ко Христу неслучайно. Еще задолго до догматических определений Вселенских Соборов Фома, подобно великому богослову, исповедовал в Иисусе две природы — Божественную и человеческую. Блаженный Феофилакт Болгарский пишет: «Смотри, как тот, кто сначала не верил, от прикосновения к ребру сделался отличным богословом. Ибо он проповедал два естества и одно лицо во едином Христе. Сказав “Господь”, исповедал человеческое естество; ибо “Господь” употребляется и об людях, например: “Господин! если ты вынес Его” (Ин 20:15). А сказав “Бог мой”, исповедал божеское существо и таким образом исповедал Одного и Того же Господом и Богом».

Просмотры (2)

Читать далее

Святые отцы о Пасхе

Размещено Апр 18, 2020 в Статьи | 0 комментариев

«Я есмь воскресение и жизнь; верующий в меня, если и умрет, оживет» (Ин. 11, 25)Вот наступил для нас вожделенный, спасительный праздник, день Воскресения Господа нашего Иисуса Христа. Этот праздник есть залог мира, источник примирения, истребление врагов, разрушение смерти, погибель диавола. Сегодня люди соединились с ангелами и, обложенные плотию, вкупе с бесплотными Силами, возносят хвалебные песни Богу. Сегодня Господь сокрушил врата ада и само лицо смерти истребил. Но что я говорю, лицо смерти? Даже само имя смерти изменил: она теперь называется уже не смертью, но успокоением и сном.

(Свт. Иоанн Златоуст)

Сыны и дщери ветхого Адама, рожденные по образу и подобию падшими, рожденные для вечной смерти, переходят верой в нового Адама. Этот переход, это воскресение незаметны для чувственных очей, непостижимы для плотского ума, но ясны и ощутительны для души, над которой они совершаются. «Когда слышишь, – говорит св. Макарий Великий, – что Христос, сошед во ад, освободил содержимые там души, не думай, что это далеко отстояло от совершающегося ныне. Знай: гроб – сердце, там погребены и содержатся в непроницаемой тьме твой разум и твои помышления. Господь приходит к душам, во аде вопиющим к Нему, то есть в глубину сердца, и там повелевает смерти отпустить заключенные души, молящие Его, Могущего освобождать, об освобождении. Потом, отвалив тяжелый камень, лежащий на душе, отверзает гроб, воскрешает точно умерщвленную душу, и выводит ее, заключенную в темнице, на свет».

(Свт. Игнатий Брянчанинов)

Пасха – праздник всемирный и величайший… Ибо Воскресение Христово коренным образом изменило и землю, и ад, и Небо… На землю Воскресший Господь послал Духа Святого и освятил на земле Христову Церковь – столп и утверждение Истины, которая будет на земле до скончания века, и врата ада не одолеют ее… Во ад сошла душа Господа по Его смерти, сокрушила ад и воскресла… На небо взошел Воскресший Христос и основал там Церковь, в которую вошли и продолжают входить души всех праведников… Церковь соединила Небо и землю. У нас одна Церковь – земная и Небесная. Все сделал для нас Господь, не будем же предателями и убийцами самих себя. Очистим и освятим свои души в таинствах Святой Церкви.

(Свт. Макарий, митр. Московский)

С ними и я… вещаю вам так: Пасха! Господня Пасха! и еще скажу в честь Троицы: Пасха! Она у нас праздников праздник и торжество торжеств; столько превосходит все торжества, не только человеческие и земные, но даже Христовы и для Христа совершаемые, сколько солнце превосходит звезды.

(Свт. Григорий Богослов)

Мудрость изрекла, что в день веселия забывают о бедствии. Настоящий день заставляет нас забыть первый, произнесенный на нас приговор. Тогда мы ниспали с Неба на землю – ныне Небесный соделал и нас небесными… Тогда за преслушание изгнаны были из рая – ныне за веру вводимся в рай. Что же после сего нам должно делать? Что иное, как не взыграть, подобно горам и холмам, о коих возвещал пророк, говоря: горы взыграстеся яко овни, и холми яко агнцы овчии (Пс. 113, 6). Итак, приидите, возвеселимся о Господе! Он сокрушил силу врага и водрузил для нас победное знамение Креста, поразив противника.

(Свт. Григорий Нисский)

Просмотры (12)

Читать далее

Афонские старцы о Пасхе

Размещено Апр 18, 2020 в Статьи | 0 комментариев

Старец Софроний (Сахаров)

До пришествия Христа, Еврейская Пасха — в воспоминании исторического события: перехода чрез Чермное море Израильского народа, избавленного от египетского рабства, прототипа всех прочих рабств. Христианская же Пасха есть избавление от рабства греху и смерти; переход от частных и ограниченных положений к универсальным, Божественным; восхождение от земных форм бывания к небесным, к бессмертию. И заповедано нам совершать её в Его воспоминание (Лк. 22, 19), во Имя Его. Он — истинный центр всего мироздания — является сосредоточием нашего внимания: “Все произошло чрез Него, и без Него не начало быть ничто, что произошло” (Ин. 1,3). В этом радикальное изменение характера нашего Пасхального торжества. Вся Литургия в её существенном содержании есть не что иное, как воспоминание о Нем, а не о каком-либо историческом факте. “Воспоминание”, понимаемое как живое вхождение в сферу Духа Христа, в Его Божественном и земном измерениях. Он — смысл и свет Христианской Пасхи.

***

Весьма многие, не познавшие опытом благотворных действий молитвы, не знают, что чрез неё (молитву) духу человека раскрывается мир неописуемого величия: и мрачные глубины ада, и светоносные сферы небес. Без веры в воскресение едва ли не всякое страдание становится тупым: лишённым смысла; оно способно укрощать строптивую душу, но не излечивает её от скрытой на дне души гордости; оно обогащает опыт жизненный, но без молитвы не возводит душу к бесстрастию; постепенно убивает и тело, и сердце, и ум, без того, чтобы они усовершенствовались в познании Бога. Когда же прикоснётся к душе Свет вышнего мира, тогда все изменяется: замирают земные страсти, и дух восходит к созерцанию Вечного. Одарённый сим благословением, человек всякое земное положение (социальное, материальное и даже научное) воспринимает как временный «аксессуар», и вовсе не заботится о своей земной карьере. И если удерживается в смиренном о себе сознании, то будет дано ему ещё большее познание о тайнах будущего века.

***

Быть христианином – значит веровать в воскресение мертвых; надеяться на усыновление нас Отцом Небесным, получить божественный образ бытия, стать по дару любви Отчей тем, что Сам Он есть по существу, тоесть Богом.

 

Старец Паисий Святогорец

Нужно, чтобы мирское мудрование, умерев, стало перегноем и чтобы в нас выросло Божественное мудрование, ибо Божественные наслаждения не рождаются из телесных наслаждений, но из телесных скорбей, возникающих при подвижнической жизни. Её ведут сознательно и с рассуждением ради любви ко Христу Его прилежные чада, чтобы совлечь с себя ветхого человека (мирского). Добрый Отец после этого питает Своих детей райской пищей, когда они ещё находятся на земле, и они с радостью «играюще поют»1 «Воскресения день…»2 – если, конечно, подвижнически преодолели Великую четыредесятницу, Великую пятницу на кресте, духовно воскресли и теперь уже постоянно переживают Светлую седмицу, то есть празднуют Воскресение не однажды в год, но для них постоянно «Пасха, Господня Пасха».

***

Для того чтобы пережить праздник, надо погружать свой ум в святые дни, а не в те дела, которые нам нужно делать ради этих святых дней. Надо размышлять о событиях каждого из святых дней, будь то Рождество Христово, Богоявление, Пасха или любой другой праздник, и произносить Иисусову молитву, славословя Бога. Так мы будем праздновать каждый праздник со многим благоговением. Люди мирские стремятся постичь смысл Рождества Христова с помощью жареной свинины, Пасхи – с помощью печёной баранины, а масленицы – при помощи конфетти. Однако истинные монахи ежедневно переживают Божественные события и радуются постоянно. Каждую седмицу они живут как Страстную Седмицу. Каждую среду, четверг и пятницу они переживают Великую Среду, Четверток и Пяток – то есть Страсти Христовы. А каждый воскресный день они переживают Пасху – Христово Воскресение. Что, разве необходимо ждать Страстной седмицы, чтобы вспомнить о Христовых Страстях? Или, подобно людям мирским, придётся дожидаться Пасхи с печёным барашком, чтобы понять, что значит «Христос Воскресе»?

Что сказал Христос? «Будите готови», а не «Давайте начнём готовиться сейчас». С того момента как Христос произносит слова «будите готови», каждый человек, и особенно монах, должен быть готов постоянно. Он должен постоянно исследовать и переживать Божественные события. Исследуя события каждого праздника, человек естественным образом придёт в чувство и будет молиться с благоговением. Кроме того, наш ум должен находиться в празднуемых событиях и мы должны с благоговением следить за стихирами и тропарями, которые поют. Когда ум человека пребывает в Божественных смыслах, человек переживает священные события и таким образом изменяется.

 

Старец Иеремия (Алехин) Афонский

В течение всего Великого поста мы усердно, в покаянии и молитве готовились к встрече праздника праздников и торжества из торжеств – Светлого Христова Воскресения. И вот этот день настал! Это Великий День Любви и Милосердия Божия о Его творении.

«Пасха – избавление скорби! Пасха – Христос Избавитель! Пасха – двери райския нам отверзающая!»

Так мы поём в эти светлые дни. И душа каждого христианина переполняется пасхальной радостью, миром и любовью.

Чтобы не происходило, какие бы скорби, искушения или испытания нас не постигали бы, мы должны помнить, что «Бог есть Любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1 Иоан. 4:16). И наоборот, если кто теряет этот бесценный дар Любви, ожесточается, враждует, тот теряет Бога, Его благодать и присутствие в своем сердце. «Заповедь новую даю вам, да любите друг друга; как я возлюбил вaс, так и вы да любите друг друга; по тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Иоан. 13,35).

Будем же помнить об этом, особенно в нынешние времена всеобщего ожесточения и отступления людей от Бога, Его Заповедей и Любви.

Господь наш Иисус Христос в Своей искупительной жертве, в добровольных крестных страданиях за наши грехи и в Своем Святом Воскресении явил и заповедал нам этот бесценный дар. И потому именно в этот день сердца христиан особенно ощутимо переполняются чувством любви, радости и мира.

Поздравляя всех с величайшим событием в истории человечества – Светлым Воскресением Христовым, желаю, чтобы эти пасхальные благодатные чувства любви, радости и мира отныне никогда не покидали вас, сопровождая во всех житейских заботах и трудах. И чтобы, по слову прп. Серафима Саровского, «дух мирен» всегда пребывал в ваших сердцах. Ибо Христос Воскресе!

 

Старец Ефрем Филофейский

Здесь, на земле, в великий праздник Святой Пасхи каждый христианин чувствует в своей душе особую радость, но и она — ничто в сравнении с радостью вечной жизни. Тем не менее она утешает душу, веселит, ведь человек в этот день ощущает особую близость ко Христу.

***

Здесь, в этом мире, мы празднуем Святую Пасху очень недолго. Проходит радость и опять приходят скорби, огорчения, искушения и много других зол. Однако на Небесах, в ином мире, Пасха будет длиться вечно, ей не будет конца. Это будет Пасха незаходимая во веки веков!

Просмотры (9)

Читать далее

ПРЕПОДОБНЫЙ СИЛУАН АФОНСКИЙ О ПАСХЕ

Размещено Апр 18, 2020 в Статьи | 0 комментариев

В добром Бог помогает, а в худом — враги, но зависит это и от нашей
воли; надо себя понуждать на добро, но умеренно, и знать свою меру. Надо
изучить свою душу, что ей полезно; одному полезно больше молиться,
другому читать или писать. И читать полезно, но лучше нерассеянно
молиться, а еще дороже плач; кому что дает Господь. Конечно, восстав с
постели от сна, должно благодарить Бога, потом каяться и молиться
досыта, а потом читай, чтобы ум отдохнул, потом снова молись и работай.
Благодать приходит от всего доброго. Но больше всего от любви к брату.

Однажды на Пасху шел я с вечерни в Покровском Соборе к себе на мельницу,
и на дороге стоял один рабочий. Когда я приблизился к нему, он попросил
меня дать ему яйцо. У меня не было, и я вернулся в Монастырь, взял у
духовника своего два яйца, и одно из них дал рабочему. Он говорит: LНас
двое¦. Я отдал и второе, и когда я пошел от него, то от жалости к
бедному народу я заплакал, и стало мне жалко всю вселенную и всякую
тварь.

Другой раз, тоже на Пасху, шел я из главной Монастырской порты в новый
Преображенский корпус, и вижу бежит мне навстречу маленький мальчик, лет
четырех, с радостным лицом, ≈ благодать Божия веселит детей. У меня было
яйцо, и я отдал это яйцо мальчику. Он обрадовался и побежал к отцу
показать свой гостинец. И за эту мелочь я получил от Бога великую
радость, и возлюбил я всякое создание Божие, и Дух Божий был слышен в
душе. Придя к себе, от жалости к миру я много с плачем молился Богу.

О, Душе Святый, обитай в нас всегда; с Тобою нам благо.

(Из книги архимандрита Софрония (Сахарова) «Старец Силуан»)

Просмотры (21)

Читать далее

Слово святителя Иоанна (Максимовича), архиепископа Шанхайского и Сан-Францисского в неделю Пасхи

Размещено Апр 18, 2020 в Статьи | 0 комментариев

Христос Воскресе!

Аще и во гроб снизшел еси Безсмертне, но адову разрушил еси силу (Кондак).

«Сниду к сыну моему сетуя во ад» (Быт. 37, 35), говорил праотец Иаков, когда услышал о мнимой смерти, что будто умер Иосиф, в действительности проданный братиями. Хотя праведен был Иаков и многие милости получил от Бога, постоянно ощущая охранявшую его Десницу Господню, но ничего другого не ожидал в будущем, кроме ада. Глубоко было падение праотцев в раю, а с ними и всего их потомства. Хотя и старались многие жить благоугодно Богу, но лишь внешне исполняли закон Божий — он не проникал в их сердца и душу — далекими от Бога оставались они своим духом. Посему не было тогда рая для потомков Адама, не могли они ощущать на себе сияние славы Божией, не могли с ангелами пребывать их души. Вне общения с Богом находились все души умерших, пребывая во мраке и томлении духа.

Чтобы спасти людей от вечной гибели и воссоединить с Собой род человеческий, пришел на землю Сын Божий. Соединив в Себе Божество и человечество, Он привлекал к Себе людей, проповедуя им и уча их в совершенстве понимать и творить волю Божию. Но хотя многие шли за Ним и слушали с услаждением слова Его, внутри они оставались чуждыми Ему по духу. Даже ближайшие ученики Его, апостолы, на Тайной Вечери ясно показали своими вопросами и ответами, что они не понимают, ни кто Он, ни Его учения. Только когда Христос притерпел страшные муки, отверженный почти всеми, умер на кресте и душею сошел во ад, узнали в Нем Сына Божия истомившиеся души ветхозаветных праотцев и остальные вместе с ними ожидавшие Избавителя. Перестал для них существовать ад, наполнившись Светом Божественным и вместе с Христом они вошли в Царство Небесное. А в Воскресшего Христа, нас ради страдавшего и умершего, совершенной верой уверовали теперь апостолы и другие ученики Христовы, познав любовь Божию и истинный благодатный Закон Его.

Отверзлось ныне небо для всего рода человеческого, для всех, кто уверовал во Христа верой апостольской и вслед за ними и мироносицами духовно пошел за Христом. Не страшны для них никакие бедствия земные, ибо даже если за Христа пострадают, вечно в Царстве Его ликовать будут. Не страшна ныне смерть для во Христа верующих; не во ад с печалию, а с веселием в рай души их внидут. Попран ад, побеждена смерть, кратковременны суть скорби земные. Поражен вечный враг Божий диавол и судорогами своими напрасно старается причинить зло людям. Возрадуйтеся же, все живущие! Радуйтеся во Христе умирающие, радуйтеся болящие и скорбящие, радуйтеся за Христа страждущие! Радуйтеся и в довольстве живущие, не о вашем земном благополучии, а о том, что даровано нам Христом вечное Царство. В Него будем веровать, Ему служить и славить Его в сей жизни и будущей!

Воскрес бо Христос и падоша демоны, Воскрес Христос и радуются Ангелы!

Возрадуемся и мы, забыв все разделяющее нас, и единым гласом воскликнем:

Христос Воскресе!

Пасха 1966 г.

Просмотры (7)

Читать далее

Митрополит Антоний Сурожский. Пасха

Размещено Апр 18, 2020 в Статьи | 0 комментариев

Мы поем Христово Воскресение, и вот только что словами святого Иоанна Златоустого мы провозглашали победу жизни над смертью: Где, ад, твое жало, где, смерть, твоя победа? Воскрес Христос — и ни один мертвец не остался в гробе… А вместе с этим мы видим собственными очами, мы слышим страшные вести о том, что смерть все еще косит вокруг нас, что умирают ближние, умирают молодые, умирают дорогие — где же это благовестие о победе жизни?

Смерть бывает разная. Бывает телесная смерть, но бывает смерть еще более страшная: разлука, разлука окончательная, разлука вечная, непреодолимая разлука. И эта смерть, в течение тысячелетий до прихода Христова, была опытом всего человечества. Оторвавшись от Бога, потеряв Бога как источник своей жизни, человечество стало не только умирать телом, но стало уходить окончательно, навсегда от общения с Ним. Умерев без Него, люди оставались мертвыми без Него.

И вот Христос, Сын Божий, Бог Живой пришел на землю, Он жил человеческой жизнью. Будучи Богом Живым, самой Жизнью, Он приобщился всему, что составляло судьбу человека: Он жаждал, был голоден, уставал; но страшнее всего — в конечном итоге Он приобщился умиранию и смерти. Как Бог Он умереть не мог; но по любви к нам Он разделил с нами нашу судьбу. С Богом остался и был отвержен людьми; с людьми не разлучился и на Кресте — о, на Кресте Он сказал самые страшные слова истории: Боже Мой, Боже Мой, зачем Ты Меня оставил?.. И умер, умер: сама Жизнь умерла, потух свет, который Свет по существу…

И вот сошел Христос Своей душой в ту бездну Богооставленности, где нет Бога. Когда Он вошел в эту страшную область, Он Собой, Своим Божеством, Жизнью вечной, Светом неумирающим заполнил все. И эта смерть навсегда упразднена; теперь смерть мы называем успением, временным сном. И когда умираем, мы уходим не в бездну отчаяния и Богооставленности, а к Богу, возлюбившему нас так, что Он Сына Своего единородного, единственного, возлюбленного дал, чтобы мы поверили в Его любовь!

Можем ли мы в этой любви сомневаться, когда мы видим, знаем, чего эта любовь Богу стоила: жизнь Христа, смерть Христа, отверженность людьми, отверженность Богом, ужас Гефсиманского сада, когда Он ждал смерти, зная, что Его предал близкий ученик, зная, что через несколько часов Петр, другой Его ученик, от Него отречется и что все Его оставят умирать в одиночестве, умирать одному… И этим Он нам говорит: Смотрите: и это Я на Себя принял. Я умер, чтобы вы верили, что вы любимы Богом, и потому что вы Богом любимы, вы спасены… Потому что спасение наше не от нас зависит, а от этого чуда любви…

А мы — чем можем отозваться на эту любовь? Мы можем эту любовь принять благоговейно, трепетно в сердца наши, мы можем с изумлением предстоять перед этим чудом непобедимой Божественной любви. И если мы это поняли, тогда мы можем всю жизнь благодарить, превратить всю жизнь в благодарение: не по долгу поклоняться Богу, не по необходимости исполнять Его заповеди, а сказать: Господи! Если Ты нас так любишь, то можно Тебя почитать, любить, слушаться, потому что Твой путь — путь жизни…И всю жизнь, всю без остатка сделать не словом благодарности, не песнью благодарности, а живой благодарностью: так любить каждого человека, как его возлюбил Бог: любой ценой и до конца.

И если мы так научимся любить, то мир наш станет новым, другим миром; тогда придет к нам Царство Божие, Воскресение, новая жизнь. Но для этого каждый из нас должен умереть — не телесной смертью и не ужасной смертью разлуки, а отказом от всего себялюбия, от искания своего открыться Богу, открыться другим, жить для других. Потому что воскреснуть вечной жизнью может только то, что сбросило с плеч, как старую, ненужную одежду, все временное и тленное… ТАК будем жить и такой мир создавать, и тогда возрадуется о нас Господь, и мы с радостью взглянем Ему и каждому человеку в лицо…

Христос Воскресе!

6 апреля 1980 г.

Электронная библиотека «Митрополит Сурожский Антоний»

Просмотры (7)

Читать далее

Митрополит Иерофей (Влахос).Воскресение Христово

Размещено Апр 18, 2020 в Статьи | 0 комментариев

Воскресение Христово является выдающимся историческим событием. Оно отличает христианство от какой бы то ни было другой религии. У других религий их основатели — смертны, тогда как Главой Церкви является воскресший Христос. Христово воскресение — это «обновление человеческой природы, воссоздание человеческого рода, переживание эсхатологической реальности. Когда мы говорим о воскресении, то не отделяем его от креста, поскольку крест и воскресение — это два полюса опыта освобождения, как и Церковь молится: «Крестом Твоим радость всему миру, всегда благословяще Господа, поем Воскресение Его», — или: «Кресту Твоему поклоняемся, Владыко, и Святое Воскресение Твое славим».

В Церкви мы постоянно говорим о воскресении Христовом, которое имеет большое значение для жизни верующего. Мы не веруем в какие-либо социальные революции, поскольку наивысшее благо уже даровано воскресением, а не какой бы то ни было революцией. И мы не ошибемся, если сравним воскресение с истинной революцией, так как через воскресение Христово человек возвратился в свое изначальное место, и  даже поднялся выше. Слово «революция» означает «возвращаюсь в свое прежнее состояние»[1]. Речь идет об исправлении, восстановлении человека, совершившихся через Воскресение Христово.

Апостол Павел говорит: «А если Христос не воскрес, то вера ваша тщетна» (I Кор. 15, 17). Истинность_и[ сила веры обязаны светлому событию Воскресения Христова. Без него христиане «несчастнее всех человеков» (1 Кор. 15, 19).

 

I

Воскресение Христа празднуется Церковью с момента Его сошествия во ад, из которого Он освободил души ветхозаветных праведников от господства смерти и диавола. Наша Церковь празднует это событие следующим образом. Из богослужебных текстов видно, что празднование Воскресения начинается с Великой Пятницы. Об этом говорит последование утрени Великой Субботы, во время которой происходит вынос Плащаницы. Также проповеди Святых Отцов на Великую Пятницу по своей сути посвящены воскресению и победе:

Это видно также из традиции священной иконописи Воскресения. Церковью определено, что правильной иконой Воскресения Христова является изображение Его нисхождения во ад. Конечно, существуют

иконы Воскресения, на которых изображают явление Христа Мироносицам и ученикам. Однако иконой Воскресения в подлинном смысле является изображение сокрушения смерти, которое произошло со нисхождением Христа во ад, когда Его душа, соединенная с Божеством, спустилась во ад и освободила души ветхозаветных праведников, ожидавших Его как Спасителя.

Изображение Воскресения в виде сошествия Христа во ад имеет много серьезных богословских обоснований. Во-первых, потому что никто не видел Христа в момент воскресения, когда Он вышел из «запечатанного гроба». Землетрясение и явление Ангела, который отодвинул камень, произошли для того, чтобы Мироносицы уверились в том, что Христос воскрес. Во-вторых, потому, что когда Христос Своей душей, соединенной с Божеством, сошел во ад, Он разрушил державу смерти и Диавола, Своей смертью победив смерть. Из православного Предания четко видно, что со смертью Христа упразднилась держава смерти. И мы поем в церкви: «Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ». Его триумфальная победа над смертью произошла именно в тот момент, когда Христос Своей душей, соединенной с Божеством, сокрушил смерть. В-третьих, Христос через нисхождение во ад освободил Адама и Еву от смерти. Таким образом, как через Адама произошло падение всего человеческого рода, ибо он является нашим родоначальником, так через воскресение Нового Адама мы вкушаем от плодов воскресения и спасения. В силу единства человеческой природы то, что случилось с праотцем, случилось и со всей человеческой природой.

На этих основаниях наиболее характерной иконой Воскресения Христова признается изображение Его нисхождения во ад. Как мы увидим дальше, сущностью праздника является умерщвление смерти и ниспровержение диавола: «Смерти празднуем умерщвление, адово же разрешение» — поем мы в церкви. Разрушение ада и умерщвление смерти являются глубочайшим смыслом праздника.

 

II

Вопрос заключается в том, что мы подразумеваем, когда говорим об аде и о нисхождении в него Христа. Как в Ветхом, так и в Новом Завете существует много мест, которые относятся к аду. Не буду здесь приводить их всех, потому что наша цель заключается не в этом, а в том, чтобы выяснить учение об уничтожении и упразднении ада.

Характерно одно место, в котором Христос говорит: «И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься» (Мф. 11, 23). Здесь отчетливо видно, что Христос противопоставляет образ ада небу, которое отождествляется со славой Капернаума, удостаивающегося узреть Богочеловека Христа. В то же время ад значит крайнее уничижение л падение Капернаума, потому что он не принял этого великого дара.

Слово «ад» в Новом Завете соответствует древнееврейскому слову «шеол», которое переводится как «пещера, бездна, пропасть, пучина» и означает темное, невидимое царство мертвых, то есть место, где находятся духи мертвых.

Слово «ад» происходит из греческой мифологии. Это «Аид и Аидоневс, Сын Кроноса и Реи, брат Зевса, Посейдона, Геры, Гестии и Деметры». Аид принимал участие в битве Титанов,. На нем был шлем из шкуры собаки, благодаря которому он был невидим, что и способствовало победе богов. При разделе мира по жребию Аиду досталось господство над нижним миром, миром мертвых, где пребывает густая тьма. Аид находился там, никогда не выходя наружу, за исключением того случая, когда он похитил Кору — дочь Деметры. Там он принимает мертвых, над которыми и властвует.

Естественно, ни Ветхий, ни Новый Завет не принимают эти теории об аде. В них он не считается каким-то богом, который властвует над духами мертвых, как верили в Древней Греции, а также бывает иногда даже добрым, но есть царство и власть смерти и диавола. В Ветхом Завете ад представляется как некое пространство в недрах земли, однако такое представление следует воспринимать символически, согласно воззрениям той эпохи, по которым земля находится посередине, небо сверху, а ад под землей. Исходя из того, что души не материальны, а бесплотны и невещественны, мы не можем думать об аде как о каком-то месте.

Итак, образ ада используется Священным Писанием чисто символически, чтобы через него нашла себе выражение держава смерти и диавола. Характерным для этого является изречение апостола Павла: «А как дети причастны плоти и крови, то и Он также воспринял оные, дабы смертию лишить силы имеющего державу смерти, то есть, диавола, и избавить тех,

которые от страха смерти через всю жизнь были подвержены рабству» (Евр. 2, 14-15). То есть держава смерти отождествляется с властью диавола.

Поэтому в Православном Предании ад не является просто каким-то особым местом, но господством смерти и диавола. Можно сказать, что души людей, находящиеся во власти диавола и смерти, находятся в аду. Именно в этом смысле мы должны рассматривать учение Церкви о нисхождении Христа во ад, то есть как то, что Христос вошел во власть смерти, согласился умереть, после чего силой Своего Божества победил смерть, совершенно обессилил ее и Своей собственной силой и властью дал возможность каждому человеку избегать господства, власти и силы смерти и диавола.

 

III

О нисхождении Христа во ад мы имеем также свидетельство в соборном послании апостола Петра, в котором говорится: «Христос, чтобы привести нас к Богу, однажды пострадал за грехи наши, праведник за неправедных, быв умерщвлен ‘по плоти, но ожив духом, которым Он и находящимся в темнице духам, сошед проповедал» (I Петр. 3, 18-19). Здесь ясно видно, что Христос Своим Божеством спустился в темницу духов, то есть душ, и проповедал покаяние. То же говорится и в другом месте того же послания: «Ибо для того и мертвым было благовествуемо, чтобы они, подвергшись суду по человеку плотию, жили по Богу духом»(1 Петр. 4, 6).

В Церковном предании много говорится о нисхождении Христа во ад в том смысле, что Он вошел в

царство смерти. На пасхальной вечерне поются замечательные тропари, начинающиеся следующим образом: «Днесь ад плача взыва». Они представляют ад стенающим. Среди прочего говорится и о том, что упразднилась его власть, поскольку Христос освободил тех, кем тот владел веками. Особо характерны следующие слова: «Поглотися держава моя, пастырь распялся и воскресил Адама «.

Очень важным для объяснения этого места является огласительное слово св. Иоанна Златоуста, которое читается за пасхальной литургией. Наряду с прочим здесь говорится, что ад, встретив Христа, «огорчися,.. упразднися,.. поруган быстъ,.. умертвися,.. низложися,.. связася». Далее говорится, что со смертью Христа на кресте ад, приняв смертное тело, оказался перед лицом Бога, приняв землю-прах, встретил небо, приняв то, что видел, то есть человеческое тело, человеческую природу, был побежден тем, чего не видел, то есть Божеством.

Учение Церкви о нисхождении Христа во ад описал св. Иоанн Дамаскин в одном из тропарей пасхального канона. Так как он всем известен, приведем его полностью: «Снисшел еси в преисподняя земли и сокрушил еси вереи вечныя, содержащия связанныя Христе, и тридне-вен яко от кита Иона воскрес еси от гроба «.

Святой Епифаний, епископ Кипрский, в своей речи, посвященной Воскресению, чудесно описывает нисхождение Христа во ад и все то, что в связи с этим произошло, толкуя стихи 7-10 из 23-го псалма. Используя образные выражения, он говорит, что Христос спустился во ад «богоподобно, воинственно,., властно», сопровождаемый не двенадцатью легионами, но

несметным количеством, мириадами и тысячами тысяч ангелов. Прежде, чем Христос достиг мрачных тюрем ада, еще раньше туда поспел Архистратиг Гавриил, чтобы возвестить всем о прибытии Христа, поскольку именно он благовествовал Богородице. Он воскликнул: «Поднимите, врата, верхи ваши». Далее Архангел Михаил провозгласил: «И поднимитесь, двери вечные». Силы ангельские воскликнули: «Удалитесь, врата беззаконные», — и Власти: «Сокрушитесь, цепи несокрушимые Убойтесь, тираны беззаконные!». Явился Христос и вызвал великий страх, волнение и ужас. Когда властелины ада громко воззвали: «Кто есть сей Царь славы?» — все Силы Небесные велегласно провозгласили: «Господь крепкий и сильный, Господь сильный в брани Господь сил, Он — Царь славы».

Далее св. Епифаний описывает разговор Адама с Христом. Адам услышал шаги грядущего Христа таким же образом, как некогда в раю услышал их после преступления и ослушания. Тогда он чувствовал смущение и страх, теперь же — радость и веселие. Покаявшийся Адам воскликнул, обратившись ко всем душам: «Господь мой со всеми». И Христос ответил: «И со духом твоим». И, взяв его за руку, воскресил, возвещая то, что было сделано для его спасения и для спасения всего человеческого рода.

 

IV

Из всего приведенного нами очевидной становится цель, ради которой Христос сошел во ад. В действительности Он вошел внутрь державы диавола, чтобы упразднить ее.

Рассмотрим причины нисхождения Христа во ад. Во-первых, как было сказано ранее, Господь это сделал для того, чтобы сокрушить врата, ада, то есть чтобы упразднить смерть и царство диавола. Это событие было предречено еще в Ветхом Завете. Пророк Давид говорит: «Сокрушил врата медные, и вереи железные сломил» (Пс. 106, 16). И пророк Исайя приводит слова Бога: «Я пойду пред тобою, и горы уравняю, медные двери сокрушу, и запоры железные сломаю» (Ис. 45, 2). Иоанн Златоуст, толкуя это событие, замечает, что не сказано «открою врата медные», но «сокрушу», чтобы место заключения стало просто ненужным. Также не сказал, что «сниму запоры», но «сломаю»— чтобы показать, что тюрьма отныне бессильна, ибо туда, где нет ни двери, ни запора, если кто-либо и попадется, не может быть удерживаем. Если Христос что-либо разрушает или превращает в пепел, то никто не может это восстановить.

Во-вторых, Он сошел во ад, чтобы захватить и поработить Диавола, который был тогда властелином смерти и ада. Он ведь еще Сам при жизни учил, что никто не может войти в дом сильного, расхитить его вещи и разграбить дом, если прежде не свяжет сильного (Мф. 12, 29). Таким образом, Христос Своим схождением во ад связал диавола, а это означает, что у того уже нет никакой власти над людьми.

В-третьих, Христос снизошел во ад, чтобы наполнить все светом Своего Божества. Апостол Павел свидетельствует об этом, говоря: «Л «вошел» что означает, как не то, что Он и нисходил прежде в преисподние места земли? Нисшедший, он лее есть и восшедший превыше всех небес, дабы наполнить все» (Еф. 4, 9-10). Таким образом, нисхождение Христа в преис-поднюю земли произошло для того, чтобы все наполнилось Его светом и чтобы действительно была ниспровержена держава смерти. Конечно, должно различать то, что есть божественная энергия, которая наполняет все, и то, что есть обоготворяющая «энергия Троичного Бога, в которой участвуют только обоженные. Святой Григорий говорит, что поклонники Бога должны были обрестись не только в вышних, но и в нижних, так чтобы все исполнилось и наполнилось славой Божией. В этой перспективе написаны тропари Церкви: «Дабы исполнить всяческая славою Твоею снишед в преисподняя земли». Св. Иоанн Дамаскин торжественно поет: «Ныне вся исполнишася света, небо же и земля и преисподняя, да празднует убо всякая тварь восстание Христово, в нем же утверждается «.

В-четвертых, Христос сошел во ад, чтобы и там повторилось и произошло то, что произошло на земле. Как на земле Он проповедал мир, преподал грешникам оставление их прегрешений, даровал свет очам слепцов, стал причиной спасения всех уверовавших судом над неверием всех неуверовавших; то же самое должно было произойти и в аду, где находились души умерших, чтобы все человеческое естество, и все человечество услышало Христово воззвание. Как для живущих на земле взошло солнце правды, так и для тех, кто жил в темноте и тени смерти, должен был просиять Божий свет (Св. Иоанн Дамаскин).

 

V

Исследуя вопрос о нисхождении Христа во ад, мы должны дать ответы на два следующих вопроса. Пер вый: как ад распознал раны Христа, ведь у Него не было тела, а только душа, и второй: все ли, находившиеся в аду в заточении у смерти, спаслись?

Ответ на первый вопрос должен быть не схоластический, но богословский и, главным образом, антропологический. Он имеет отношение к тому, что Христос воспринял душу и тело и был всецело совершенным человеком.

Этот вопрос возникает в связи с тем, что вводном из тропарей канона Великой Субботы говорится, что ад огорчился, видя смертного человека, который был обожен и весь покрыт крестными ранами. «Ад, Слове, среть Тя огорчися, зря человека обоженна, уязвлена ранами и всесилънодетеля, страшным же зраком погибе». То есть Христос, хотя и был покрыт ранами, оставался всесильным.

Известно, что душа Христа спустилась в ад вместе с Божеством, пока тело, тоже соединенное с Божеством, пребывало в гробу. Но тогда раны Христа были или ранами души, или ранами Божества. Второе исключается, и поэтому нужно признать, что это были раны души. Но как возможно, чтобы крестные телесные раны считались также ранами души?

В предшествующем анализе мы говорили, что, когда страдало тело, Божество ему не сострадало, но пребывало в бесстрастном состоянии. Однако, телу сострадала душа Христа. Святой Никодим Святогорец объясняет это тем, что некоторые действия души возможны и без соучастия тела, как, например, разум, рассудок и слава, действующие даже тогда когда тело отдыхает. Иные же действия души, такие как фантазия» и чувства, не могут действовать без тела.

Таким образом, когда бичевалось тело Христа, тогда отпечатки и едва заметные представления кнутов и страданий высекались и на душе Христа. Следовательно, телесные рубцы и шрамы «передались и душе, и их-то и видел ад.

Это случается также с человеческими душами. Василий Великий говорит, что творившие дерзости и лукавившие воскреснут в стыд и позор, «видя в себе стыд и отпечатки грехов».

Действительно, этот позор страшнее тьмы и огня вечного, поскольку, как говорит Василий Великий, в памяти души всегда будут существовать следы греха, произошедшего с телом, подобно краске, которая никогда не смывается и не выцветает. Может быть, в этой перспективе может быть истолковано то, как богач соответствующей притчи Христа увидел в аду и узнал душу Лазаря.

В отношении второго вопроса мы должны сказать, что с нисхождением Христа во ад не спаслись те, кто был там, но лишь праведники, которые каждый в своей степени — обожения. Св. Епифаний говорит, что не спаслись все находящиеся там, но только веровавшие, то есть те, кто имел общение с бесплотным Логосом на протяжении всей своей жизни.

Также из других мест Священного Писания и Святоотеческого Предания нам известно, что озарение и обожение существовали и в Ветхом Завете для тех, кто удостоился узреть бесплотного Логоса и достигнуть обожения — с той лишь разницей, что еще. _не была упразднена смерть, и поэтому они отправлялись в ад. Христос же Своим нисхождением в него разрушил державу смерти, и все, имевшие общение с Ним  и веровавшие, что Он силен и могуществен, что Он является Спасителем человечества, освободились.

 

 

VI

День Великой Субботы, когда душа Христа вместе с Божеством находилась в аду, а тело (тоже с Божеством) пребывало во гробе, когда была побеждена держава диавола и смерти, считается православной Церковью великим днем, поскольку соединяется с днем Воскресения.

В литургических текстах седьмой день творения, в который Бог после творения мира и человека «почил от всех дел Своих», сопоставляется с днем Великой Субботы, в который и Христос почил от всего[2], что было сделано для спасения человека. Поэтому мы поем: «Сия же есть благословенная Суббота».

Из книги Бытия мы видим, что после того как Бог за шесть дней создал весь мир и человека, в седьмой день почил от дел, которые творил. Моисей пишет: «И благословил Бог седьмой день, и освятил его, ибо в оный почил от всех дел своих, которые Бог творил и созидал» (Быт. 2, 3).

Поэтому Моисеем было положено, чтобы в седьмой день — субботу, которая значит упокоение, иудеи отдыхали и посвящали этот день Богослужению и молитве. Была дана четкая заповедь: «Ив первый день да будет у вас священное собрание[3], и в седьмой день священное собрание: никакой работы не должно делать в них; только что есть каждому, одно то можно делать вам» (Исх. 12, 16).

Существует толкование, согласно которому заповедь об оставлении работы в субботу была дана Богом главным образом и прежде всего для воссоздания и обновления человека, которые должны были произойти посредством жертвы и смерти Христа на Кресте, с сошествием Христа в ад и упразднением греха и смерти (Иосиф Калофет). Конечно, нужно заметить, что начало воссоздания и обновления было положено в день Великой Субботы, однако очевидное и чувственное начало пакибытия принадлежит дню воскресения, когда Христос чувственно воскрес из гроба (св. Никодим Святогорец). Поэтому и мы, хотя и чтим субботу, больше все же почитаем воскресный день, который в первую очередь считается днем обновления и воссоздания. Однако, мы также чтим субботу, по слову святого Германа, патриарха Константинопольского: «Почитаем сию Субботу, как день нашего воссоздания».

Субботство в православном Предании имеет еще и другое значение. По своей сути оно является упокоением человека, так называемым священным безмолвием (исихией) во всей полноте этого слова. Апостол Павел, упомянув, что субботство остается обязательным для народа Божия, указывает: «Итак, постараемся войти в покой оный» (Евр. 4, 11). Святой Григорий Палама скажет, что, когда человек удалит от своего ума всякий помысел и когда посредством настойчивости и беспрерывной молитвы его ум возвратится в сердце, тогда он погрузится в божественное упокоение, то есть в Боговидение, в созерцание Бога.

Этот покой, это безмолвие (исихазм) не есть бездействие, но великое движение. Как Бог, Который, хотя и почил в седьмой день, все равно продолжал управлять миром с помощью Своей нетварной энергии, так и человек, пребывая в состоянии духовного созерцания, творит величайшее дело — соединяется с Богом, а затем любит то, что любит Бог. Поэтому можно сказать, что всякий может пережить Воскресение Христово в своем собственном упокоении, то есть в своем собственном исихастском способе жизни. Насколько кто-нибудь входит в божественное субботство, в божественный покой, настолько он переживает воскресение.

 

VII

Однажды Христос иносказательно сказал о Своем тридневном воскресении из мертвых словами: ‘Разрушьте храм сей, и Я в три дня воздвигну его». Иудеи думали, что Он говорит о храме Соломона, который строился на протяжении сорока шести лет. Однако «Он говорил о храме тела Своего». Даже сами Его ученики поняли это уже после Его воскресения (Ин. 2, 19-22).

И в других случаях Христос ясно говорил о Своем тридневном воскресении: «И начал учить их, что Сыну Человеческому много должно пострадать, быть отвержену старейшинами, первосвященниками и книжниками, и быть убиту, и в третий день воскреснуть» (Мк.8, 31). Это Его учение настолько широко разошлось, что находившиеся при Его крестной жертве на Голгофе поносили Его, говоря: «Разрушающий храм и в три дня Созидающий, спаси Самого Себя» (Мф. 27, 40). Также архиереи и фарисеи потребовали у Пилата, чтобы тот запечатал гроб, потому что вспомнили, что Христос, еще когда был жив, сказал: «После трех дней воскресну» (Мф. 27, 63).

Мы говорим, что Христос воскрес из гроба по прошествии трех дней. Конечно же, говоря о воскресении, мы ни в коем случае не подразумеваем, что умерло Божество, но что душа, которая отделилась от тела, будучи нераздельной с Божеством, снова возвратилась в тело, и таким образом Он воскрес из гроба. Однако возникает проблема в отношении трех дней. Откуда начинается и как ведется их подсчет, поскольку, как нам известно, Христос умер в третий час пополудни в великую пятницу, а воскрес рано утром в воскресенье.

Святой Иоанн Дамаскин толкует, что Христос на самом деле на протяжении трех дней и ночей находился во гробе. Объясняя произошедшее во время распятия, он говорит, что Бог в Ветхом Завете назвал тьму ночью, а свет — днем. Таким образом, тьма, наступившая во время распятия с двенадцати часов дня до трех, является ночью, потому что солнце не просто затмилось облаком. Таким образом, тьма пала на всю землю. С третьего часа и до обычного заката пятницы имеем один день. Так исполнились первые день и ночь. Затем следуют ночь пятницы и день субботы, которые считаются вторыми ночью и днем. И, наконец, ночь субботы и начало — рассвет воскресенья, когда Христос воскрес, составляют третьи ночь и день. Святой священномученик Анастасий Синаит дает другое толкование, которое находится приблизительно в тех же рамках. Он говорит, что в Ветхом Завете дни отсчитываются, начиная с вечера. В книге Бытия говорится: «И был вечер, и было утро, день первый» (Быт. 1,5). Таким же образом исчисляется и все остальное.

Следовательно, согласно св. Анастасию, час, в который умер Христос, как часть дня пятницы, начавшегося с вечера четверга, относится к первому дню. Вечер пятницы и день субботы считаются вторым днем, и вечер субботы до рассвета воскресенья, когда Христос воскрес и который составляет часть воскресного дня, считаются третьим днем.

Лично я верю, что толкование св. Иоанна Дамаскина является более приемлемым, однако не должно исключаться также толкование св. Анастасия. В любом случае Христос пребывал во гробе три дня и три ночи.

Большую важность представляет также объяснение причины, по которой Христос воскрес по прошествии трех дней, а не через меньший или больший промежуток времени. То есть Христос мог бы воскреснуть сразу же после Своей смерти на кресте, но воскрес тридневен, чтобы подтвердить таинство смерти, которое иначе могло бы попасть под сомнение. Дольше же Он не задерживался, чтобы в этот промежуток времени не было оклеветано таинство Воскресения. Потому что, насколько бы Он задержался, настолько бы больше возникло трудностей и вопросов у иудеев и Его учеников (Макарий Златоглав). Поэтому промежуток в три дня был наиболее подходящим, чтобы не было поставлено под сомнение таинство  смерти и не было осуждено таинство воскресения Христова.

 

 

VIII

Христос воскрес в утренние часы воскресного дня. Точное время Его воскресения нам неизвестно, поскольку в этот миг Его никто не видел, но оно подтвердилось, когда на рассвете жены-мироносицы пришли ко гробу, чтобы умастить тело Христа благовониями. Таким образом, воскресенье, первый день недели, является днем Воскресения Христова. Если в субботу Христос победил царство смерти, то в воскресенье все убедились в этом: в том, что именно Он является победителем смерти и диавола.

Воскресенье в так называемом недельном круге является первым днем, с которого берет начало отсчета вся неделя, однако одновременно он является днем восьмым, поскольку следует сразу же за седьмым днем, то есть за субботой. В Ветхом Завете он считается очень важным днем — с одной стороны из-за того, что является первым днем творения мира, в который возник свет, а с другой — потому, что и он считается святым, согласно заповеди: «В течении семи дней приносите жертву Господу; в восьмый день священное собрание да будет у вас, и приносите жертву Господу» (Лев. 23, 36).

Первый день творения Моисей не называет первым, но одним. И Василий Великий, толкуя эти слова, говорит, что святое воскресенье, в которое воскрес Христос, Моисей называет одним днем, чтобы направить наш разум к будущей вечной жизни. Сейчас воскресенье является прообразом будущей жизни, а

тогда оно будет самим восьмым веком (эоном). Если задуматься над тем, что недельный круг символизирует собой человеческую жизнь и что воскресенье — это прообраз будущего «восьмого» века (зона), тогда этот век действительно является одним и единственным днем. Василий Великий называет воскресенье «истоком дней», «ровесником свету».

Согласно св. Григорию Паламе, воскресенье называется восьмым днем потому, что в этот день произошло Воскресение Иисуса Христа, которое по своей сути является восьмым воскресением в истории человечества. Три воскрешения мертвых совершились в Ветхом Завете (одно пророком Ильей и два пророком Елисеем) и четыре воскрешения из мертвых совершились в Новом Завете Христом (воскрешение дочери Иаира, сына вдовы Наин, Лазаря и мертвых в Великую Пятницу). Следовательно, наивеличайшее — восьмое Воскрешение — это Воскресение Христа. В сущности же оно является не только восьмым, но и первым, сообразно с ожидаемым воскресением всех мертвых.

В воскресенье, в первый день создания, был сотворен свет. В Воскресение Христа, в первый день воссоздания, явился свет Воскресения. Он же является Светом Преображения и Пятидесятницы. Человеческая природа Христа сбросила с себя смертность и тленность, как мы это увидим далее.

Помимо этого, воскресный день называется также днем святым и нареченным, так как именно в этот день произошли все великие Господские праздники. Отцы Церкви говорят, что Благовещение Богородицы, Рождество Христово и Воскресение — основные события            жизни Христа — произошли в воскресенье.

В этот же день предстоит произойти и Втрому Христову Пришествию и,»конечно же, всеобщему воскресению из мертвых (преп. Петр Дамаскин). Поэтому христиане и придают этому дню столь огромные значение и важность, а также стремятся его всячески освящать, потому что этот приход Христа будет внезапным.

Руководствуясь всеми этими доводами, св. Иоанн Дамаскин в праздник Пасхи торжествует и говорит: «Сей нареченный и святый день един Суббот Царь и Господь, праздников праздник и торжество есть торжеств, в оньже благословим Христа во веки».

Волнующей является мысль о том, что Церковь каждый воскресный день своими чудными тропарями празднует Христово Воскресение. Таким образом, помимо ежегодной Пасхи существует Пасха недельная — так называемая малая Пасха, светоносный день воскресенья.

 

IX

Воскресение Христа безусловно отличается от всех других совершившихся в Новом и Ветхом заветах воскресений тем, что Христос как истинный Бог воскресил Себя Сам, то есть человеческая природа воскресла посредством божественной природы силой ипостасного единения, тогда как все другие воскресения были совершены Божией силой и энергией. Можно сказать, что, как Христос является источником обожения, а святые испытывают на себе обожение, так Христос является источником Своего воскресения и восстания, а святые испытывают это воскресение на себе. Глагол » кастою» (испытывать на себе) означает, что они принимают действие извне, вто время как Тело Христа само являлось источником нетварной благодати.

Конечно же, существуют некоторые места в Священном Писании, где говорится о том, что Христос был воскрешен Богом — Своим Отцом. Апостол Петр в своей речи в день Пятидесятницы, упоминая о Христе, сказал: «Но Бог воскресил Его, расторгнув узы смерти, потому что ей невозможно было удержать Его»(Деян. 2, 24). Также апостол Павел пишет в своем послании: «Как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни»(Рим. 6, 4). И в другом послании он пишет: «…по действию державной силы Его, которою Он воздействовал во Христе, воскресил Его из мертвых…» (Ефес. 1, 19-20).

Однако, этот вопрос должен рассматриваться с точки зрения триадологии (учения о Св. Троице), согласно которой Лица Святой Троицы имеют одну сущность и одну энергию, но различаются в ипостасях. Таким образом, не является иной энергия Отца, иной Сына и иной Святого Духа, есть общая энергия Троичного Бога. То, что желает Отец, желает и Сын и Святой Дух; то, что желает Сын, хочет и Отец, и Святой Дух; и то, что творит Святой Дух, то желает и Отец, и Сын. Таким образом, когда говорится, что Отец воскресил Христа, это значит, что также Сам Христос воскресил Самого Себя, так как Отец не делает ничего, чего не делает Сын.

Все Отцово принадлежит и Сыну, за исключением нерожденности. Следовательно, приписывать произошедшее с Сыном только Отцу является нечестием,  но и возлагать все на Сына также недостойно одобрения, поскольку Сын тоже является Богом единое ильным и может делать все то, что делает Отец (Зонара), Значит, когда говорится, что Отец воскресил Христа, имеется в виду, что Троичный Бог, — Божество воскресило, человеческую природу.

 

X

После Своего воскресения Христос явился женам-мироносицам и Своим ученикам. Некоторые задаются вопросом, почему Христос не явился всем людям, а главное, распявшим Его и отрицавшим Его»воскресение, чтобы те уверовали в Него?

Посвященный в сущность православного богословия не может задаваться подобным вопросом, потому что определенно знает, что явление Христа никогда не происходит для зрелищности и принуждения человека. Явление Бога происходит с определенной целью и основывается на глубокой причине. Во-первых, следует отметить, что Христос никого не принуждает верить. Кроме того, явление Бога человек — это критический момент в жизни последнего. В будущей жизни, во время второго Пришествия Христова, Его увидят все. Для подготовленных и очищенных Бог станет светом, а для нечестивых адом. То же самое произошло бы и в данной ситуации. Поэтому Бог по Своей любви и человеколюбию не явился к отрицавшим и распинавшим Его.

Явление Христа во славе происходит только и только для того, чтобы направить к обожению и прославлению тех, кто уже соответствующим образом подготовился к этому Ученики были подготовлены, и поэтому Христос незадолго до Страстей сказал: «Вы уже очищены чрез слово, которое Я проповедал Вам» (Ин. 15, 3). На протяжении трех лет ученики, слушая слово Божие, обучаясь таинствам Царствия Небесного и изгоняя бесов, проходили процесс очищения. Таким образом, они стали достойными обожения и участия в благодати воскресения. Но, как мы увидим далее, Своим явлением после воскресения Он подготавливает их к восхождению на более высокую степень обожения и созерцания, которое должно было произойти в день Пятидесятницы.

Явление Христа Своим ученикам после воскресения не было событием, происшедшим исключительно для них и только к ним имеющим отношение, так как мы знаем, что все, кто прошел соответствующую стадию излечения и очищения, удостаиваются участвовать в Христовом воскресении и видеть воскресшего Христа. В этой перспективе мы должны рассматривать также случай с апостолом Павлом, который был уверен, что и ему явился воскресший Христос. «А после всех явился и мне, как (некоему) извергу» (1 Кор. 15, 8). Как известно, апостол Павел во время воскресения был еще иудеем-зилотом[4], а ко Христу он обратился лишь после Пятидесятницы. Следовательно, данное явление воскресшего Христа произошло уже после Вознесения и Пятидесятницы.

Этот случай показывает нам, что видение воскресшего Христа имеет прямую зависимость от духовного состояния человека, и это характерно для всеиистории человечества.

 

XI

В текстах Священного Писания приводятся одиннадцать явлений воскресшего Христа, из которых десять произошли в промежутке между воскресением и вознесением, и одно после сошествия Святого Духа на учеников. Некоторые из них приводятся с подробным анализом, иные просто перечисляются. И, конечно же, мы должны сказать, что не все описания приводятся во всех Евангелиях, но некоторые упоминаются одним Евангелистом, а некоторые — другим.

Вполне возможно, что существовали и другие явления воскресшего Христа. Характерными по этому поводу являются слова Евангелиста Луки из Апостольских Деяний: «Которым и явил Себя живым по страдании Своем со многими верными доказательствами, в продолжении сорока дней являясь им и говоря о Царствии Божием» (Деян. 1,3). Эти явления были вполне естественными, потому что, с одной стороны. Господь хотел их утешить, а с другой — подготовить, к Своему вознесению и принятию Пресвятого Духа.

 

Одиннадцать явлений Воскресшего Христа суть следующие:

  1. Симону Петру (1 Кор. 15, 5. Лук. 24, 35).
  2. Марии Магдалине (Мк. 16,9-11. Иоан. 20,11-18).
  3. Женам-мироносицам (Мф. 28,9-10).
  4. Двум ученикам на пути в Эммаус (Мк. 16, 12-13, Лк. 24,13-15).
  5. Десяти апостолам, в отсутствие Фомы (Мк. 16,14,Лк. 24,36-43. Ин. 20,19-25).
  6. Одиннадцати ученикам в присутствии Фомы (Ин.20, 26-29).
  7. Семи апостолам на озере Тивериадском (Ин. 21,1-23).
  8. Одиннадцати ученикам в Галилее (Мф. 28,16).
  9. Апостолам в Вифании в день вознесения (Мк. 16,19-20, Лк. 24,50, Деян. 1,6-11, 1 Кор. 15,7).
  10. Брату Господню Иакову (1 Кор. 15,7).
  11. Апостолу Павлу (1 Кор. 15,8-9).

 

Все эти явления воскресшего Христа приводятся в Новом Завете. Тем не менее, существует множество других святых, которые удостоились созерцания воскресшего Христа. Потому что Православная Церковь, являющаяся воскресшим Телом Христа, предоставляет нам опыт воскресения. Святой Симеон Новый Богослов, упоминая молитву «Воскресение Христово видевши, поклонимся святому Господу Иисусу, единому безгрешному», учит, что мы обращаемся не к воскресению, которое видели ученики, то есть не к одному только историческому факту, но к Воскресению, или скорее к Воскресшему Христу, созерцаемому нами в недрах Церкви. Мы не говорим: «В воскресение Христово уверовавши», но «видевши». Существует множество верующих в воскресение, но есть также и такие, пусть даже немногие, которые ежечасно видят воскресшего Христа, лучезарного и сияющего тв молниях нетления и божества». И это потому, что действительно, воскресение Христа «есть наше воскресение, воскресение ‘долу лежащих». Таким образом, одни я веются свидетелями Христова Воскресения «от слышания», а другие — «от видения». Именно последние являются истинными свидетелями Христова Воскресения.

Далее мы рассмотрим некоторые явления воскресшего Христа — основным образом те, что имеют наибольшую связь с христологической тематикой, здесь нами развиваемой.

 

XII

Важным является тот факт, что воскресшего Христа первыми увидели жены-мироносицы. Апостолы, напуганные произошедшими событиями, закрылись в горнице, тогда как женщины с любовью, теплотой и мужеством, не дожидаясь рассвета, пошли ко гробу дабы умастить благовониями Тело Христа. Их неиспугала ни темнота, ни пустынность места, ни стражники. А это значит что для того, чтобы удостоиться узреть воскресшего Христа, необходимы любовь и мужество.

Первое явление Христа женам-мироносицам имеет также глубочайший богословский смысл, как его развивает св. Григорий Палама. Он учит, что воскресение Христа является обновлением человеческой природы и ее оживотворением, воссозданием и возвращением первого Адама к бессмертной жизни. Первого Адама, после его сотворения, первой увидела женщина. Причем некоторое время не было никого, кто бы мог его видеть, ибо Ева была сотворена после. Так и нового Адама в момент Его исхождения из гроба не видел никто, и лишь по прошествии некоторого времени первыми Его увидели женщины.

Таким образом, мироносицы стали евангелистами из евангелистов и апостолами из апостолов. Но существует и другое толкование. Тогда Ева принесла весть о падении Адама, сейчас же женщина несет апостолам весть о воскресении. Таким образом, произошло восстановление женской природы. Никто теперь не может обвинить ее в преступлений и падении.

Толкователь Никита разъясняет смысл имен жен-мироносиц, которые соответствуют их характерам и указывают способ и путь, по которому нужно следовать, чтобы увидеть воскресшего Христа.

Мария Магдалина, из которой Христос изгнал семь бесов, являет собой душу, которая очищается от бесов словом евангельских заповедей. Соломия, имя которой означает «мир, покой», олицетворяет собой человека, приобретшего внутренний покой, поборовшего страсти, подчинившего тело душе и стяжавшего через созерцание и духовные размышления разум, благоразумие. Иоанна, имя которой толкуется как «голубица», символизирует собой незлобивую и плодотворную в добродетели душу, с кротостью отбросившую всякую страсть, ревностную в рождении духовных смыслов и обладающую духовным рассуждением. Когда человек приобретает такое состояние и приближается ко гробу своего сердца, тогда он видит, как отверзается камень бесчувственности его логоса. Он видит Ангелов, то есть свою совесть, благовествующую, что внутри него воскресло омертвевшее слово добродетели и познания, а также что он еще удостоится «духовно узреть явление Самого Бога Слова, ничем не прикрытого, без всяких форм и символов.

Это означает, что для того, чтобы кто-либо был удостоен поклонения Воскресшему Христу и услышал «воскресения слово», необходимо очищение.

 

 

XIII

В церковных тропарях упоминается, что Ангел Господень благовествовал Богородице о том, что Христос воскрес: «Ангел вопияше Благодатней чистая Дево радуйся, и паки реку радуйся твой Сын воскрес тридневен от гроба».

В Евангелиях, конечно, не говорится определенно о том, что Богородица видела воскресшего Христа. Однако, существуют выражения, упоминающие о другой Марии. Евангелист Матфей пишет: «По прошествии же субботы, на рассвете первого дня недели, пришла Мария Магдалина и другая Мария посмотреть гроб» (Мф. 28, 1). Также в другом месте речь идет о «Марии Иакова» (Лк. 24, 10). Святой Григорий Па-лама, толкуя эти места Священного Писания, говорит, что речь явно идет о Богородице, которая первой пришла ко гробу. О том, что Ее Сын воскрес, Она сначала узнала от Архангела Гавриила, а затем и Сама увидела Его. Она и только Она удостоилась прикоснуться Своими руками к Его ногам.

Как говорит св. Григорий Палама, абсолютно правильным и справедливым является то, что Бргородице первой была принесена благая весть воскресениям что именно Она первой увидела воскресшего Христа. Это, безусловно, связывается и с тем, что Богородица достигла высокой степени чистоты, поскольку, будучи еще малым дитям, Она достигла обожения.

То, что Евангелисты избегают прямых указаний на то, что первой Христа увидела Богородица, тоже немаловажно. Согласно св. Григорию Паламе, это делается с той целью, чтобы не дать неверующим предлог оспаривать факт воскресения, поскольку его утверждает Сама мать Христова.

Богородица как до последнего момента пребывала у креста, так первой пришла ко гробу, чтобы умастить благовониями Тело Христа. Это произошло не только по зову Ее материнских чувств, но и по причине Ее высокого духовного состояния, так как находящиеся на высшей ступени духовного созерцания имеют большее познание и совершеннейшую любовь.

 

XIV

Одними из первых явлений Христа, произошедших в день воскресения, были два Его явления собранию находившихся в горнице учеников. Первый раз это было в отсутствие Фомы, а другой раз — в следующее воскресенье, «после восьми дней», в присутствии Фомы (Ин. 20, 19-29). Являясь, Христос преподносит им дары. Первый дар — это мир, а второй Святой Дух, дабы они могли прощать грехи. Никто не может дать того, чего самане имеет. А это означает, что Христос как Бог есть мир, так как мир является энергией Троичного Бога, и Своими воплощением и жертвой Он примирил небесное с земным, Ангелов с людьми, людей с Богом и людей со всем созданием, а также, конечно  ‘умиротворил все силы души. Также Он преподает Духа Святого, так как Дух Святой покоится в Сыне. Лица Святой Троицы имеют общность и единство сущности и энергии, так как Они суть единославны, единосущны и единосильны. Святой Дух исходит от Отца и посылается в мир через Сына.

Возникает вопрос: какова же тогда разница между даром Святого Духа, полученным учениками сразу после Воскресения, и даром, полученным при сошествии на них Святого Духа в день Пятидесятницы? Нам известно, что ученики приняли Святого Духа в день Пятидесятницы. Почему же тогда говорится, что Христос преподал им. Святого Духа сразу же после Своего воскресения?

Святой Григорий Богослов говорит, что речь здесь идет о различных степенях действия Святого Духа. Дух Святой всегда пребывал в единении с Сыном, так что и вочеловечение Сына произошло при содействии Святого Духа — равно как и все дело Сына совершалось при содействии Третьего Лица Святой Троицы. Стало быть, Святой Дух в учениках действовал на столько, насколько они могли Его вместить: по трем степеням и временам, то есть «едва зримо», «выразительнее»» и «совершеннее».

Святой Дух действовал в учениках «едва зримо» до  страстей Христовых с силой, позволявшей им изгонять духов и излечивать различные недуги. Также, когда ученики следовали за Христом, они очищались энергией Святого Духа. Потом, после воскресения, Святой Дух действовал с большей силой как «божественное озарение». Христос по двум причинам преподал ученикам Духа Святого сразу же после Своего воскресения. Во-первых, чтобы подготовить их к более полному принятию Святого Духа в день Пятидесятницы. Никто не может без соответствующего приготовления принять высочайшую степень действия Духа Святого. Во-вторых, потому что этот дар относился к оставлению грехов, а не к приобщению Святого Духа. Согласно учению св. Григория Паламы, иным является приобщение Святого Духа, и иным — оставление грехов чрез Его действие. В день Пятидесятницы, духовно подготовленные, они приняли великий дар и сделались членами Воскресшего Тела Христова. В день Своего воскресения Христос был еще вне Своих учеников, тогда как в день Пятидесятницы ученики стали членами Тела Христова.

 

XV

При первом явлении Христа ученикам отсутствовал апостол Фома. Однако и он удостоился узреть явление и откровение Христово. Это произошло «по прошествии восьми дней» — в следующее воскресенье (Ин. 20, 24-10).

Согласно св. Григорию Паламе, Христос является всегда собранию Своих учеников, а потому Фома не мог увидеть Его, так как отсутствовал. Когда же в следующее воскресенье он был среди остальных учеников, ему удалось приобщиться этого великого опыта. По этой причине он и нам советует, чтобы мы не отсутствовали на воскресных собраниях, дабы не приключилось с нами того, что случилось с Фомой.

Существует, однако, и более глубокая причина, по которой Фома не мог лицезреть Христа в первый день. Апостол Фома, согласно толкованию свящ. Феофилакта, был сомневающимся и считал воскресение Христа невозможным. То есть, он еще не достиг того внутреннего духовного состояния, которое позволило бы ему созерцать Воскресшего Христа. В предыдущих главах мы акцентировали наше внимание на том, что Христос являлся людям, которые находились в таком духовном состоянии, при котором Его Явление действует на человека спасительно, а не мучительно. Фома же, видимо, не достиг тогда еще той духовной прелести, которая требовалась для такого события.

Задержка Христа с очередным явлением на целую неделю имела своей целью ничто иное, как душевное приготовление Фомы. Христос для Своего явления перед Фомой определил такой промежуток времени, «чтобы, будучи оглашаемым от соучеников и внемля сему, разжигаемый желанием, он становился верующим «(свящ. Феофилакт). Отсюда следует, что другие ученики должны были наставлять и поучать его, чтобы он постигал все относившееся к явлению таинства, пока в нем не разовьется огромное желание и пока он не раскается в своем неверии, дабы Христово явление воздействовало на него спасительным образом.

Подготовившись должным образом, с явлением ему Христа он тоже стал богословом, исповедуя: «Господа мой и Бог мой!» (Ин. 20, 28). Эта фраза показывает его уверенность в том, что Христос имел две природы и одну ипостась, так как слово «Господь» выражает человеческую природу, а «Бог»‘ — божественную, и обе они суть едины в Воскресшем Христе (свящ. Феофилакт).

Отсюда следует, что Фома был неверующим человеком не в смысле «атеиста», но смысле, что он (рыл еще не в состоянии иметь веру от созерцания,. Вначале он достаточно долго пребывал в вере «от слышания», потом же достиг веры, от «видения». Существует четкое разграничение между атеистом, являющимся также и богоборцем, и неверующим или сомневающимся, вера которого основана на слышании, а не на созерцании.

 

XVI

 

Одно из явлений Христа Своим ученикам произошло на Тивериадском озере, когда те рыбачили в открытом море (Ин. 21, 1-14). Мы не будем здесь приводить подробностей произошедшего события и описывать способ явления, но подчеркнем лишь некоторые интересные моменты.

Первое — это то, что ученики не узнали Христа: «…но ученики не узнали, что это Иисус». Это объясняется тем, что явления Христа в действительности являются не просто Его присутствием, но суть откровения, раскрытия Им Самого Себя. Евангелист Иоанн’ ясно говорит: «После того опять явился Иисус…’. Христос открывал Самого Себя, когда Сам этого хотел. Существует масса откровений и преображений Христа до Его воскресения и после него.

Второе, откровение Христа происходит .соответственно духовному состоянию людей. Потому что после необычайной ловли рыбы первым, кто Его узнал, был Иоанн, который и объявил об этом Апостолу Петру. «Тогда ученик, которого любил Иисус, говорит Петру: это Господь». Тогда Петр опоясался одеждою и бросился в море, чтобы побыстрей добраться до Христа. Здесь видно, что любимый ученик, который является олицетворением созерцания, узнает Христа, а покаявшийся Петр, находящийся еще в процессе духовного становления, по причине своего отречения и покаяния, спешит ко Христу. Святой Григорий Палама говорит, что Иоанн «был более других готов к тому, чтобы узнать Бога», в то время как Петр был «снова самым горячим и более других готовым к делу». Таким образом, к созерцанию более всех готов Иоанн, а ревностнее всех и более всех готов к делу Петр. Это показывает, что через созерцание узнается Бог, а за этим следует действие. Иногда действие предшествует, а созерцание последует, а иногда за созерцанием, дарующим знание следует действие.

Третье, когда ученики вышли на сушу, то увидели «…разложенные угли и на них лежащую рыбу и хлеб…».

Согласно св. Григорию Паламе, слово «уголь» означает один из видов кожи, употреблявшийся путниками вместо стола. Итак, они видят рыбу, которая не была поймана в озере, но была создана из ничего, как, впрочем, и хлеб. То, что Он позвал их отобедать и Сам предложил им трапезу, указывает на то, что Он будет источником и подателем будущего наслаждения, которое наступит после ловли «апостольской сети», то есть после проповеди и собрания всех в истинном Богопочитании.

 

XVII

 

Из рассказа евангелиста Луки о явлении Христа ученикам видно, что Он на их глазах съел часть печеной  рыбы и сотового меда. Разумеется, после воскресения Тело Христа не имело нужды в пище. Однако Он делает это для того, чтобы ученики убедились в том, что перед ними не призрак, но Христос с духовным и преображенным телом. Поскольку после воскресения Христа пищеварительная система Его тела не работала, пища была сожжена божественной энергией, а не переработалась естественным способом. Как огонь свечи сжигает воск, так Божество Христа сожгло принятую Им пищу. Этот пример в данном случае используется условно, и не может быть применен абсолютно, потому что огонь, плавящий воск, поддерживается за счет сжигаемого вещества, в то время как духовные тела для своего сохранения ни в какой пище не нуждаются (св. Григорий Палама).

Печеная рыба и сотовый мед суть символические знаки, выражающие таинство Личности Христа. Человеческая природа уподобляется рыбе, которая плавала в мокроте похотливой и злобной жизни. Христос воспринял эту природу, соединил ее в Своей ипостаси, очистил ее от всякого враждебного расположения духа огнем Божества (печеная рыба) и сделал ее богоподобной и пламенной. Нашей человеческой природе уподобляется и сотовый мед, потому что, как мед находится внутри сот, так внутри нашего тела пребывает сокровище ума, а также, главным образом у верующих, в душе и теле пребывает благодать Святого Духа. Христос вкушает от рыбы и меда потому, что Своей пищей Он считает спасение каждого из нас (св. Григорий Палама).

Вкушение Христом после воскресения хлеба и рыбы открывает нам Его Личность и Его делание в плане спасения человека. В первую очередь оно указывает и раскрывает таинство божественной Евхаристии, так как именно в этом таинстве человек приобщается живого хлеба и живой рыбы, которыми является Сам Богочеловек Христос, Который воспринял нашу с вами человеческую природу и, обожив ее, преподает нам Самого Себя, дабы и мы обожились. Обожение посредством таинств, и, главным образом, через таинство божественной Евхаристии, не происходит, разумеется, механически или каким-то магическим образом, но лишь в зависимости от духовного состояния, в котором мы находимся. Так, соответственно нашему духовному состоянию действует и таинство божественного Приобщения.

 

 

XVIII

В одном из явлений ученикам Христос, видя, что в их сердце существуют помыслы неверия о Нем, сказал: «Посмотрите на руки Мои и на ноги Мои; это — Я Сам; осяжите Меня и рассмотрите; ибо дух плоти и костей не имеет, как видите у Меня» (Лк. 24,39). Отсюда понятно, что наличие тела в момент явления было просто очевидным. Стало быть, это был не призрак, но в то же время это было уже и не то тело, которое так хорошо знали ученики до того момента.

Известно, что в воплощении Христос воспринял всю полноту человеческой природы и стал совершенным человеком. Вместе с ней Он воспринял и так называемые естественные нужды, такие как «тленность» и «смертность», под которыми подразумеваются голод, жажда, утомление, сон и др. После воскресения Христос избавился от всех этих нужд, то есть «бренности, голода и жажды, сна и утомления и тому подобного». Но, избавившись от них, Он не лишился ни души, ни тела. При разнесении на Небеса Он вознес также Свои тело и душу, разумную и мыслящую, желательную и действующую силы души. Таким образом, одесную Отца Он восседает с полной обоженной человеческой природой. Он действует и как Божество — посредством промысла, сохранения и управления всем, и как человек, хорошо помнящий историю Своего пребывания на земле и осознающий, что вся разумная тварь поклоняется Ему (св. Иоанн Дамаскин).

Воскресшее Тело Христа было бесстрастно и бессмертно, украшено божественной славой, но при всем этом Оно все же ни на миг не переставало быть телом, «имеющим свой первоначальный вид» (Марк Златоглав). Таким образом, несмотря на то, что Христос после Своего воскресения избавился от всех естественных нужд, Он все же не лишился свойств физических, таких «как количество, качество, видимость, трехмерность и ограниченность в пространстве и времени». Потому что, если бы Он всего этого лишился, то это уже было бы не реальное тело, а некое выступление и выход за рамки человеческой природы (св. Никодим Святогорец).

Как при Своем воплощении Христос не вышел за пределы человеческой природы, так и после воскресения Его обожествленная человеческая плоть не изменила своей природы, то есть не лишилась своих физических свойств. И происходит это потому, что и после «соединения природы остались неслиянными, а их свойства — неповрежденными» (св. Иоанн Дамаскин). Поэтому, несмотря на то, что Христос находится на небесах, на всех иконах Он изображается с осязаемым телом. На небесах Христос не имеет известной нам плоти, но и не пребывает бестелесным или невещественным. Он имеет нечто среднее между этим (св. Григорий Богослов). Речь идет о теле духовном и нетленном, но все же о теле. Христос всегда остается Богочеловеком, поскольку с момента соединения обе природы Христа пребывают нераздельными и неделимыми.

Душа Христа знает, что соединена с Богом Словом по ипостаси и что ей тоже поклоняются вместе с Богом, как душе Бога, а не просто как душе (св. Иоанн Дамаскин).

Итак, воскресшее Тело Христа, сбрасывая все естественные нужды, все смертное и немощное, все же остается телом, но телом духовным, богоподобным, осязаемым и обладающим всеми характерными чертами, какие оно имело ранее. За считанные секунды оно могло преодолевать огромные расстояния, входить и выходить сквозь запертые двери? исходить„.из «запечатанного гроба». Оно было настоящим телом, а не призраком. То, что Его несколько раз не узнавали ученики и принимали за обыкновенного человека, происходило потому, что Христос не желал Себя открывать. Когда же Он этого хотел — открывался, и тогда ученики узнавали, что пред ними Господь.

 

 

XIX

Воскресение Христа вызывает у людей радость и веселье, потому что Им побеждена держава смерти, диавола и греха. Однако необходимо также подчеркнуть, что воскресение Христа принесло пользу и Ангелам, то есть разумным духам.

Святой Григорий Богослов в своей речи на праздник Пасхи приводит слова Ангела: «Днесь спасение миру, видимому же и невидимому». Здесь речь идет о спасении Ангелов. Как это можно понимать? Мы знаем, что после падения Денницы Ангелы стали медлительны ко злу, то есть они не могли уже помышлять плохого, но при этом не приобрели неизменяемости. Преподобный Никита Стифат говорит, что с Христовым воскресением Ангелы лишились этой медлительности и приобрели неизменяемость, имея ее не по природе, а по благодати.

Кроме того, с воскресением Христовым ангельские силы возвеселились: с одной стороны потому, что восполнился павший орден Денницы и таким образом исполнились пророческие слова: «Нужно исполнится вышнему миру», а с другой стороны потому, что люди обрели спасение. Поскольку, если, как говорит Христос, случается великая радость на небесах о каждом кающемся человеке, то во много раз больше это происходит при покаянии всего человеческого рода (Зонара).

Святой Григорий Богослов говорит, что он убежден в том, что в день Воскресения Ангельские Силы сопразднуют и соторжествуют, так как они боголюбивы и человеколюбивы-. Святой Никодим Святогорец, ссылаясь на эти слова, говорит, что, действительно, было бы крайне непозволительно радоваться Ангелам о нашем спасении, а нам, спасшимся, не веселиться и не праздновать вместе с ними этот спасительный, мироспасительный праздник.

 

 

XX

День Христова Воскресения еще называют Пасхой. Это слово многократно повторяется в церковных тропарях и вызывает у христиан огромную духовную радость.

Согласно св. Григорию Богослову, слово Пасха происходит от еврейского слова «фаска». Позже произошла эллинизация еврейских фаск. В еврейском языке слово «пасха»означает «переход». Нам известен праздник Пасхи, в который евреи празднуют чудесный переход через Красное море. Конечно, существуют и такие, как говорит св. Григорий Богослов, которые считают, что слово «пасха» происходит от греческого глагола «страдать», то есть от страданий Христа за нас. Все же, более правильным толкованием является первое.

Как Израильский народ праздновал переход через Красное море и приобретение свободы, так и «Новый Израиль благодати » празднует новый переход от смерти к жизни. Такое толкование празднику дает св. Григорий Богослов в своем Пасхальном слове. А св. Иоанн Дамаскин, беря за основу слова св. Григория Богослова, пишет: «Воскресения день просветимся людие, Пасха, Господня Пасха. От смерти к жизни и от земли к небеси Христос Бог нас приведе, победную песнь поюще».

Говоря о дне Пасхи, Иосиф Вриений, ученик св. Григория Паламы и учитель св. Марка Эфесского, производит анализ богословского значения праздника. Пасха — это переход от тьмы к свету. Дна является выходом из ада на землю, восхождением от земли к небу, переходом от смерти к жизни, воскресением падших людей, призванием изгнанников Эдема, возведением плененных бренностью, единой жизнью верующих, радостью всего мира, честью Божественной Троицы. Пасхальной радостью невозможно насытиться, потому что неисчерпаема подаваемая через нее благодать. Пасха — это утешение души, радование ума, избавление тела, просвещение очей, услаждение гортани, оживление, теплота, мир, радость.

Если праздник Воскресения Христова является ежегодной Пасхой, то существует также Пасха недельная. Верующий человек празднует Пасху каждое воскресенье. Однако, прежде всего божественная литургия и приобщение Тела и Крови Христовых дают человеку возможность принять участие в Пасхе. Святой Иоанн Златоуст по этому поводу очень характерно говорит: «Пасха ибо несть пост, но предложение и жертва, и ежедневно происходящее собрание». Потому что каждый раз, когда мы, со всеми необходимыми церковными предпосылками, сходимся в евхаристическое собрание, разрешаются и упраздняются силы сатаны (св. Игнатий Богоносец). От этого рождается сознание, что смерть побеждена.

Пасхой называется не только праздник перехода от смерти к жизни, но и Сам Христос. Ведь спасение человека вне Богочеловека немыслимо, поскольку Он Есть путь, истина и жизнь. Он Есть воскресение людей. Поэтому св. Иоанн Дамаскин в своем праздничном пасхальном каноне называет Христа «Пасхой». Он пишет: «О Пасха великая и священнейшая, Христе, о Мудросте и Слове Божий и Сила». Такое определение имеет непосредственную связь со словом апостола Павла: «…ибо Пасха наша, Христос, заклан за нас»(1 Кор. 5,7).

Следовательно, через Христа, являющегося живой Пасхой, мы можем пережить Пасху, которая является переходом от смерти к жизни.

 

 

XXI

Святой Григорий Богослов различает три вида Пасхи: Пасха закона, Пасха благодатней и Пасха будущего века.

Пасха закона, по которой евреи праздновали чудотворный переход через Красное море, была воспоминанием о горьком рабстве в Египте и об освобождении. Она была Пасхой «вымоленной и дарованной». В действительности же эта Пасха являлась прообразом нашей Пасхи.

Пасха благодати Божией — это Христово Воскресение, посредством которого происходит переход «от смерти к жизни и от земли. к небу». Святой Григорий Богослов говорит: «Пасха великая и священная и всего мира очищение». Там, где нет участия Христа и общения с Ним, царит омертвение и рабство. Согласно св. Григорию Синаиту, «не видящий, не слышащий и не чувствующий духовно — мертв есть». Следовательно, Пасха — это приход Христа в недра сердца. Святой Максим Исповедник очень характерно говорит по этому поводу: «Пасха — это приход Слова в человеческий разум». Действительно, с принятием Христа человек начинает жить духовно, и Христос становится его жизнью, душою его души. «Воскресение — это вторая душа человеков» (преп. Нил).

Пасха будущего века является «совершеннейшей и чистейшей». Христос, незадолго до Своих страданий, во время празднования Пасхи, сказал: «…отныне не буду пить от плода сего виноградного до того дня, когда буду пить с вами новое вино в Царстве Отца Моего» (Мф. 26, 29). Разумеется, речь здесь идет о Пасхе Царствия Небесного. Даже Пасха настоящей жизни в сравнении с Пасхой будущего века является преобразовательной и относительной. Тогда святые будут иметь большее общение со Христом, поскольку Слово откроет и научит тому, «что теперь показал умеренно» (св. Григорий Богослов).

Христиане постоянно подвизаются за переход от Пасхи прообразовательной к Пасхе благодатной, а от нее — к Пасхе вечной. Только такой праздник имеет значение и смысл. Никакое другое торжество не преследует более глубоких целей, не удовлетворяет в достаточной степени алчущего и жаждущего духа человека.

Во время празднования еврейской Пасхи закалывался непорочный, чистый, совершенный (т.е. без какого-либо порока) ягненок. Он являлся прообразом христианского Агнца, которым является Сам Христос — непорочный, молодой и совершенный. Он был принесен в жертву и теперь предлагается всем христианам, чтобы они с Ним объединились.

 

 

XXII

Воскресение Иисуса Христа ни в коем случае не должно праздноваться как некое историческое или социальное, но онтологическое событие, что означает причастие благодати воскресения. Предшествующий же празднику пост Четыредесятницы имеет своей целью принятие наиболее полного участия в тайнстве Воскресения. Для достижения этого, по учению всех Отцов Церкви, требуется очищение как телесных, так и душевных чувств. Человек имеет тело и душу, поэтому обладает телесными и душевными чувствами. Святой Иоанн Дамаскин поет: «Очистим чувствия, и узрим непреступным светом воскресения, Христа блистающася и радуйтеся, рекуща, ясно да услышим, победную песнь поющи». Следовательно, очищение является необходимой предпосылкой созерцания и общения с Богом. Святой Григорий Богослов говорит: «Поэтому в первую очередь нужно очистить себя, и лишь потом, уже чистым, говорить «.

Целью духовной жизни человека является его единение с воскресшим Христом, созерцание Его в глубинах своего сердца. Христос воскресает внутри сердца, умерщвляя страстные помыслы, которые возникают под бесовским воздействием, и преодолевает страстные образы и греховные прилоги, как не когда преодолел печати гроба (св. Максим Исповедник). Таким образом, речь .идет не о внешнем формальном праздновании, но о внутреннем и экзистенциальном. С этой точки зрения св. Григорий Богослов рекомендует праздновать не торжественно и по-мирски, но по- Божьему и сверх- мирски.

Участие в таинстве Воскресения является переживанием обожёния. Посвятивший себя непостижимой силе воскресения из опыта познает цель создания мира Христом (св. Максим Исповедник). Действительно, человек создан для того, чтобы достичь обожёния, и чтобы мир чрез человека принял освящение. Отсюда следует, что тот, кто посвящает себя этой непостижимой силе воскресения, достигает обожёния и, таким образом, исполняет цель своего существования. Так он приобретает наибольшее познание.

Апостол Павел рекомендует именно такой образ жизни, поэтому и пишет, что чрез святое Крещение со «Христом мы погреблись в смерть, «…дабы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни» (Рим. 6, 4). Такое возрождение необходимо, потому что иначе человеку грозит умереть духовно, по слову того же апостола Павла: Ибо, если живете по плоти, то умрете, а если духом умервщляете дела плотские, то живы будете. Ибо все, возводимые Духом Божиим, суть сыны Божий» (Рим. 8, 13-14).

Воскресение Христа — это величайшее событие в истории. Речь идет об обожении и воскресении человеческой природы. Поскольку обретено снадобье, существует надежда на выживание. Чрез Христово воскресение жизнь и смерть приобретают совсем иной смысл.

Мы не считаем жизнью сумму ряда исторических событий, но общение с Богом. И смерть для нас — это не конец настоящей жизни, но удаление человека от Христа, поскольку разделение души с телом является не смертью, но лишь временным сном. Апостол Павел именно потому, что чувствует себя соединенным с воскресшим Христом, может исповедовать: «Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим. 8, 38-39).

В огласительном слове св. Иоанна Златоуста, являющимся поистине победным, триумфальным гимном, говорится, что с воскресением Христа решились все человеческие проблемы.

Никто не должен рыдать о своей бедности, как и вообще о лишении материальных благ, потому что «явилось общее Царство»,

Никто не должен отчаиваться в соделанных им грехах, потому что «прощение взошло от гроба».

Никто не должен бояться смерти, потому что «освободила нас Спасителя смерть».

Это «никто» — абсолютно. Его абсолютность обуславливается Воскресением Христовым. Насколько мы замыкаемся в относительности и не входим в абсолютность этого «никто», настолько и рыдаем, отчаиваемся и боимся.

 

[1] Этимологически слово «революция» значит «возвращение.

[2] от евр. шабат — прекратил творить. Отсюда происходит слово «суббота».

[3] Так говорит оригинальный еврейский текст, с которого был сделан перевод Ветхого Завета на русский язык. В греческом переводе, с которого был сделан славянский перевод, говорится: «И первый день да наречется святым».

[4] Зилот — ревнитель.

Просмотры (8)

Читать далее

Как устроена Страстная седмица?

Размещено Апр 14, 2020 в Статьи | 0 комментариев

Оказывается, на Страстной седмице совершается еще один чин прощения – за все обиды, которые мы причинили друг другу во время Великого поста, а чтение 12 Евангелий раньше были шествием по городу – на остановках читали, на переходах пели. Подробнее строй богослужения Страстной седмицы объясняет Илья Красовицкий, старший преподаватель кафедры практического богословия ПСТГУ.

f8fcf7ce60bcf3d6ac29cf1c6339f131

Еще один чин прощения

Страстная седмица представляет собой древний пасхальный пост, выросший из поста Крестной Пасхи. В глубокой древности многие христиане праздновали не Воскресную Пасху, как мы, а Крестную; этот день теперь называется Страстной Пятницей. Один из Святых отцов третьего века говорит, что Воскресение мы и так празднуем каждую неделю, а вот Крестную Пасху, воспоминание Страстей Христовых, только один раз в году. Были ожесточенные споры и несогласия по этому вопросу, и только на Первом вселенском соборе, в 326 году, был установлен единый для всех день празднования Пасхи – Светлое Христово Воскресение. Как праздновалась Крестная Пасха? Она отмечалась очень строгим постом, и из этого поста выросла вся Страстная седмица.

Это означает, что пост Страстной седмицы отделен от Великого поста и по смыслу, и по богослужебному строю. Обычно говорят, что Великий пост заканчивается в пятницу перед Лазаревой субботой, но можно считать и по-другому: что Великий пост заканчивается в Страстную среду, так как великопостное богослужение продолжается в обычном порядке до Страстной среды, а вечером в этот день совершается чин прощения. Такой же точно, как и в Прощеное воскресенье. Это чин прощения именно за Святую четыредесятницу. В этом чине прощения приводятся слова игумена, обращенные к братии: «Благословите, отцы святии, и простите ми грешному, яже согреших во всей жизни моей, и во всей Святей четыредесятнице…». Таким образом, по мысли Постной Триоди, Страстная среда является последним днем Великого поста. Именно поэтому можно считать, что пасхальный пост – Страстная седмица – начинается только со Страстного четверга.

Евангельские темы

Но с какого бы дня ни начинали мы считать пост Страстной седмицы, с четверга или с понедельника, Страстная седмица – это нечто совершенно отдельное и особенное. Нужно отметить, что на Страстной седмице Евангелие читается почти на каждой службе суточного круга. Не только на больших: вечерня, утреня, литургия, но и на малых – на часах. Почему? В первую очередь потому, что последние дни земной жизни Спасителя описаны гораздо подробнее, чем другие периоды Его жизни. По тексту четырех Евангелистов можно проследить буквально каждый шаг Спасителя: все, что он говорил, делал, куда ходил, с кем общался в последние дни. И богослужение Страстной седмицы дает нам возможность провести эти дни как бы вместе с Ним, шествуя по Его стопам, слушая Его слова. Таким образом евангельские чтения и распределены.

Попробуем разобраться, как Господь проводил Свои последние дни. Из евангельского текста очевидно, что в понедельник, вторник, среду и четверг Он проповедовал в Иерусалимском храме. Затем, когда солнце начинало клониться к закату, Он уходил за город вместе с учениками. Господь выходил из города, шел полями, останавливался для отдыха и бесед с учениками. Утром Он возвращался обратно. Так продолжалось четыре дня.

Страстной понедельник, утро

Читается Евангелие о бесплодной смоковнице (Мф. 21: 18-43). Чуду о бесплодной смоковнице посвящено богослужение всего дня. Господь утром шел в Иерусалим на проповедь и недалеко от городской стены увидел это дерево. И, не найдя на нем плодов, Он его проклял, а вечером того же дня, когда они возвращались той же дорогой, ученики увидели, что дерево совершенно сухое. Это чтение о событиях, которые происходили в эти часы, но оно глубоко символично.

 

По толкованию Постной Триоди, этой бесплодной смоковнице уподобился еврейский народ, в котором Господь не нашел плодов, которые ожидал найти. А в более широком смысле, Божиим народом являются все верующие в Него. И найдет ли Господь в нас те плоды, которых ожидает? Этот вопрос ставится перед каждым слышащим эти слова.

Страстной понедельник, вечер

Читается отрывок о событии, происходившем за городом, на склоне Елеонской горы – эсхатологическая беседа Господа с учениками (Мф. 24: 3-35). Как известно, Елеонская гора расположена напротив древнего Иерусалима и с нее открывался изумительный вид на Иерусалимский храм. Они сидели на склоне, смотрели на город, и Господь, указав им на Храм, сказал, что очень скоро от этого здания не останется камня на камне. Тогда это было очень трудно представить, потому что Храм был только недавно отстроен царем Иродом. Господь провел с учениками длительную беседу о конце мира. Эта эсхатологическая тема для Страстной седмицы чрезвычайно важна. Она проходит через все дни Страстной седмицы. Почему? Потому что перед Своим отшествием Господь хотел, чтобы ученики получше запомнили, что будет, когда Он придет во второй раз. Он неоднократно предупреждает в эти дни о событиях Своего второго пришествия, поэтому всю Страстную седмицу поются песнопения, связанные со вторым пришествием Господа. Тропарь «Се Жених грядет в полунощи» поется три первых дня. Можно сказать, что евангельское чтение понедельника вечера дает эту тему на всю Страстную Седмицу.

Страстной вторник, утро

Проповедь в Иерусалимском храме (Мф. 22: 15 – 23: 39). Господь обличает фарисеев и законников: «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры…» – и так восемь раз. «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что затворяете Царство Небесное человекам, ибо сами не входите и хотящих войти не допускаете». Господь обличает фарисеев. Считается, что это событие было во вторник. В ходе проповеди Господь обличал Своих недругов.

Страстной вторник, вечер

Большинство притч Господь говорил Своим ученикам наедине. Во вторник на вечерне читаются три притчи, которые изложены в 25 главе Евангелия от Матфея. Это притча о десяти девах (Мф.25:1-13), о талантах (Мф.25:14-30) и о Страшном Суде (Мф.25:31-46). Все три притчи развивают эсхатологическую тему.

Страстная среда, утро

Читается отрывок о событиях, происходивших в среду утром в Иерусалимском храме, когда ко Христу приводят некоторых из язычников, и Господь говорит: «Пришел час прославиться Сыну Человеческому». Его слава вышла за пределы Израиля, избранного народа. Слава Господа становится всемирной. И в этот же момент слава Господа является с Небес – гремит гром, и в нем Сам Господь и его ученики слышат голос Бога Отца: «И прославил, и еще прославлю». (Ин. 12:17-50). А народ ничего не услышал; для него это был просто гром. Так была явлена Слава Господа с небес и в мире. Это отрывок о небесной, надмирной и одновременно всемирной славе Господа.

Страстная среда, вечер

Вечером в среду читается очень знаменательное место о помазании Господа миром. О том, как жена грешница помазала миром Его главу и Его ноги и отерла своими волосами. Здесь же говорится об Иуде. Очень кратко. Но сопоставление очевидно. С одной стороны, грешная женщина, которая совершает подвиг ради любви ко Христу, и Господь говорит ей, что везде, где будет проповедано Евангелие, сказано будет о том, что она сделала. И с другой стороны, Иуда – предатель, который замыслил коварство, пошел к фарисеям и договорился предать им Христа. Эти два персонажа противопоставлены друг другу. (Мф. 26:6-16)

В шести чтениях первых двух дней мы видим, что события утром происходили в Иерусалимском храме или на пути к нему, а вечером – в доме, где Спаситель проводил ночь или по дороге – на склоне горы, где Он с учениками отдыхал от дневных трудов. Но кроме этих чтений из Евангелия, есть и другие. В Церкви существует очень интересный обычай чтения Четвероевангелия на часах. По этому порядку должно быть прочитано почти все Четвероевангелие в ходе служб часов первых трех дней. И это происходит, так читают. Но это очень продолжительное чтение, поэтому в некоторых храмах Четвероевангелие начинают читать заранее. Например, с шестой седмицы Великого поста или с четвертой, а иногда и со второй – по небольшому отрывку каждый день. Но чтение Четвероевангелия на часах символично именно для дней Страстной седмицы, потому что тот священник, который стоит посередине храма и долгое время читает Евангелие, являет образ Христа. Это пример символизма в богослужении. Всякий вошедший в это время в храм видит священника, читающего Евангелие. Аналогичным образом любой еврей, входивший в иерусалимский храм в те дни, видел Христа проповедующего.

Итак, на Страстной седмице Евангелие читают очень часто. Но, кроме того, существуют и другие темы этих дней. Понедельник, как уже говорилось, посвящен бесплодной смоковнице. Но, с другой стороны, понедельник также посвящен ветхозаветному образу Иосифа Прекрасного, которого братья продали в рабство. На Страстной седмице читают не только Евангелие – читают также и книги Ветхого Завета. Образ Иосифа взят из ветхозаветного чтения. Это рядовое чтение удивительно вписывается в контекст воспоминаемых событий. Иосиф – прямой прообраз Христа, ведь братья продали его в рабство за деньги, и Христа в эти дни продают за деньги. Иосиф дошел до самого дна, он должен был умереть, лежал в темнице и был приговорен, но после этого его вознесли на самую высоту иерархической лестницы: он становится ближайшим советником фараона, первым министром. Что это, как не прообраз смерти и воскресения Христа? А что Иосиф сделал, после того как стал министром? Спас свою семью от неминуемой смерти. В то время был семилетний голод, и его братья пришли в Египет просить о помощи. А Господь после Своего Воскресения спасает всех верующих, Свою Церковь.

Страстной Четверг, главная Литургия года

Это память Тайной Вечери. Того события, которое происходило ночью с четверга на пятницу. Тайная Вечеря – пасхальная трапеза Христа с учениками. Весь день Господь проповедовал в Иерусалимском храме, а вечером состоялась пасхальная трапеза. Евангельские чтения Страстного Четверга описывают события Тайной Вечери. Подробнее всех о Тайной Вечере пишет Евангелист Иоанн. Он записывает всю долгую беседу Христа с учениками, описывает омовение ног. Евангелист Лука также приводит элементы беседы, которых нет у других Евангелистов. А что касается Евангелия Матфея и Марка, они подробно описывают то главное, что произошло, а именно установление Евхаристии. В Страстной Четверг Литургия Василия Великого совершается на вечерне, поэтому чтение этого составного Евангелия приходится фактически на Литургию. После того как Тайная Вечеря завершилась, Господь с учениками ушел в Гефсиманский сад, и там происходит Его моление до кровавого пота. Это событие ночного времени. Надо сказать, что для Страстной седмицы не существует четкого отделения одного дня от другого. События непрерывным потоком перетекают друг в друга.

В Церкви много обычаев связано с Великим Четвергом. Например, освящение мира, приготовление запасных Даров, раньше еще совершалось омовение престола. Почему именно с этой Литургией связано так много традиций? Потому что это главная Литургия года, воспоминание самого установления Таинства.

Чин омовения ног

Этот чин совершается, как правило, во время архиерейского служения. Например, Святейший Патриарх Кирилл совершает его ежегодно в Москве. Это происходит после Литургии Великого Четверга. По правилам, эта Литургия должна совершаться вечером, но на практике ее совершают в первой половине дня, и это неправильно, так как она является символическим изображением самой Тайной Вечери, которая проходила поздним вечером. На это же время приходится и чин омовения ног. По Студийскому уставу этот чин должен происходить до Литургии, По Иерусалимскому уставу, по которому живет наша Церковь, он совершается после Литургии. В этом действе Христа изображает сам архиерей, а апостолов изображают 12 священников, среди которых, конечно, есть и Иуда, ведь ему тоже Господь омыл ноги. И архиерей омывает ноги сидящих перед ним священников. При этом читается евангельский текст от Иоанна: евангельский текст читает протодиакон, а все реплики произносят архиерей и священники.

 

Великая Пятница, двенадцать Евангелий

Великая Пятница посвящена событиям страданий и распятия Господа нашего Иисуса Христа. Все службы Страстной седмицы имеют иерусалимское происхождение, и это очень важно для их понимания. Что из себя представляло богослужение в древнем Иерусалиме? Это было шествие по святым местам, по Крестному пути. Все богослужение Великой Пятницы и есть духовное шествие по Крестному пути вместе со Христом. В древнем Иерусалиме это шествие продолжалось целую ночь. Такой тип службы назывался стациональным богослужением, то есть шествием с остановками. Стация – это остановка. Такое богослужение было чрезвычайно характерно для Иерусалима и, кстати, для Константинополя тоже. Верующие ходили во время службы по городу и его окрестностям, это отмечают многие источники.

 

 

В Великую Пятницу шествие начиналось на Елеонской горе, затем переходило в пригород Иерусалима, потом в сам город. Во время шествия были остановки: на месте, где был суд у Каиафы, в претории, где был суд Пилата, затем шествие постепенно приходило на Голгофу. Голгофа – последняя остановка, где звучат все дальнейшие песнопения и чтения. С течением веков количество евангельских чтений увеличивалось. Сейчас в нашей Церкви, само собой, никакого шествия не происходит. Вся служба читается и поется в одном храме. Но это древнее стациональное богослужение отразилось непосредственно на строе службе Великой Пятницы. Позже произошло соединение чина Двенадцати Страстных Евангелий с обычной утреней, что и дало в результате наше богослужение, которое называется «Последование святых и спасительных Страстей Господа нашего Иисуса Христа».

На практике служба Двенадцати Евангелий совершается в четверг вечером, но задумана была как ночное бдение. Потому что в Иерусалиме это шествие происходило ночью, сразу после событий Тайной Вечери. И первое чтение (кстати, самое длинное чтение во всем православном богослужении) – это прощальная беседа Господа с учениками. Это почти пять глав Евангелия от Иоанна. Второе чтение – моление в Гефсиманском саду и взятие Господа под стражу, третье – суд у Каифы, четвертое – суд у Пилата и так далее: о распятии, о словах, которые Господь говорил на Кресте, о том как Он умирает и как Его погребают в пещере и приваливают к пещере камень. На этом последование заканчивается. Оно проводит перед нашим взором весь Крестный Путь от Тайной Вечери до погребения Господа в пещере.

Все песнопения, которые поются между чтениями, комментируют сами чтения. Например, перед седьмым евангельским чтением, повествующем о распятии, поется светилен Страстного Четверга – «Разделиша риза моя себе и об одежде моей меташа жребий», а после восьмого евангельского чтения, повествующего о разбойниках, которые были распяты по правую и по левую руку от Господа, поется известное песнопение – светилен Великой Пятницы «Разбойника благоразумного во едином часе раеви сподобил еси Господи».

Царские часы

Страстная Пятница – день строжайшего поста, Литургия в этот день не совершается. Вторая служба Страстной Пятницы называется Царскими часами. Она совершается в пятницу утром. Традиция этого богослужения уходит корнями в чтения Священного Писания на Голгофе в Иерусалиме. А в константинопольской традиции она соединилась со службой обычных часов. Наименование «Царские часы» она получила в Константинополе, потому что на этой службе всегда присутствовал император. Часы продолжают ту же тему, которая была ночью на чтении Двенадцати Евангелий. Читаются те же Евангелия, только их уже не двенадцать, а четыре (по количеству часов). Мы снова возвращаемся к тем событиям, только теперь они изложены уже по четырем Евангелистам.

Плащаница

Третья служба Страстной Пятницы – великая вечерня с выносом Плащаницы. Она совершается на практике именно в то время, когда и должна быть – во второй половине дня, после полудня. Вечерня Страстной Пятницы четко делится на две половины. Первая половина – еще одно воспоминание Страстей, снова читается составное Евангелие о Страстях. А вторая половина службы повествует о погребении Тела Господа во гробе, точно соответствуя тексту Евангелия по времени: Господь был погребен вечером в пятницу. Но в церковном обиходе существует одна очень досадная ошибка, которая крепко вошла в традицию. Считается почему-то, что день погребения – это суббота. И погребением называют утреню Страстной Субботы. Но в субботу никак не могло происходить никакого погребения. Потому что в субботу по иудейским законам любое погребальное действие было строжайше запрещено, и это многократно упоминается в Евангелии.

 

 

В богослужении есть последование, посвященная погребению – это вторая половина вечерни Страстной пятницы. Это событие изображается как вынос плащаницы. Плащаница – это вышитая или писаная горизонтальная икона Христа, лежащего во Гробе. Ее выносят на вечерне Пятницы. Выносят и полагают в центре храма, для поклонения верующих. Вынос плащаницы – это и есть символическое погребение. Это совершается во второй половине дня в пятницу, т. е. именно в то время, когда это происходило по Евангелию, до захода солнца, потому как после захода солнца у иудеев уже начиналась суббота. Этим объясняется спешка, с которой хоронили Христа: не успели даже совершить все обряды, не успели как следует помазать Его тело благовониями. Почему мироносицы прибежали ко гробу с первыми лучами солнца воскресного дня? Они должны были доделать незавершенное.

Утреня Великой Субботы, которую по досадному недоразумению называют погребением, несет совершенно иной смысл и имеет другое происхождение. В приходской практике она служится вечером в пятницу, хотя была задумана как ночная, но в некоторых монастырях совершается ночью.

Как мы уже упоминали, богослужение в древности носило стациональный характер. То есть в древности верующие почти каждый раз приходили в храм откуда-то. Поэтому все входы всегда так торжественны: община возвращалась в храм после продолжительного шествия по городу. Торжественный вход в конце утрени был характерен для Византийского богослужения, но в русской практике он со временем перестал совершаться. А в Великую Субботу он как раз происходит. Его совершает вся община, а священник несет над собой Евангелие, и над Евангелием плащаницу. Плащаница по происхождению – евхаристический воздух, плат, которым покрывают Чашу и Дискос во время Евхаристии. Когда ходили на крестный ход, из благоговения Евангелие обертывали в этот плат. Позже этот плат стал Плащаницей, которая участвует в службе Великой Пятницы и Великой Субботы. Но главный предмет на этом входе все-таки не Плащаница, а Евангелие. Это вход с Евангелием.

Темы Великой Субботы

Это день между Крестной Пасхой и Воскресной Пасхой. В богословии существует такой термин – пасхальное триденствие. Это Страстная Пятница, Великая Суббота и Светлое Христово Воскресение, поэтому Пасха в широком смысле это не один день, а три дня. Крестная и Воскресная Пасха объединенные . А Великая Суббота, которая находится между одной Пасхой и другой, в Триоди названа самым важным днем года.

Великая Суббота – это день оплакивания Христа. Богослужение Великой субботы отчасти построено как плач.

В то же время Великая суббота – день ожидания Воскресения Христова.

День Великой Субботы Господь Иисус Христос телом Своим провел во гробе. И это дает основание для интереснейшей и глубочайшей богословской темы – темы Божественного покоя. И в текстах службы Великой Субботы она присутствует. Это параллель к событиям сотворения мира. Господь сотворил мир за 6 дней, а 7 день – субботу – Он провел в покое. В покое от дел творения. Он больше не совершал никаких творческих актов. Мир уже был сотворен, и Бог «почил от дел Своих». Седьмой день творения, в богословском смысле, идет до сих пор. Бог участвует в жизни мира только Своим Промыслом. Потом наступит восьмой день – это жизнь будущего века, после всеобщего воскресения. А Христос называется новым Адамом. То, что сделал Христос, это «новое творение». И когда Христос совершил дело искупления, совершил Своей смертью на Кресте, Он почил. Провел эту субботу в пещере Гроба, в полном покое. Эта параллель с сотворением мира явно проводится в богослужении Великой Субботы.

Господь Телом Своим пребывал во Гробе, а душой Он спускался во ад. Господь спустился во ад и вывел оттуда души умерших праведников. То есть, Он «разрушил двери ада». Ведь ад – это место, где нет Бога. Сойдя во ад, Господь это место уничтожил. Сошествие Христа во ад – тоже тема богослужения Великой Субботы.

Кроме того, Великая Суббота – это еще и Крещение. То самое, которого ждали оглашенные весь Великий пост. В древности оно происходило в Великую Субботу. За крещением следовала Крещальная литургия: Литургия Великой Субботы. Она должна была происходить поздним вечером (самая поздняя в году) и за ней вскоре вторая Литургия: Пасхальная – рано утром (самая ранняя в году). В нашей практике, к сожалению, Литургия Великой Субботы совершается слишком рано: в первой половине дня.

На то, что эта Литургия была крещальной, указывает чтение пятнадцати паремий на вечерне Великой субботы. Для чего нужно было такое долгое чтение отрывков из Ветхого Завета на этой службе? Чтобы Патриарх успел совершить крещение оглашенных. А все верные в это время стояли в храме и слушали Писание, ожидая возвращения новокрещенных. Первое песнопение, которое слышали крещаемые по возвращении в храм: «Елицы во Христа креститеся, во Христа облекостеся» – это в их честь до сих пор поется. Переоблачение в белые одежды в Великую субботу тоже происходит ради крещаемых: они возвращаются в храм в белых одеждах и вся Церковь вместе с ними переоблачается в белое.

Великая Суббота наполнена воскресной радостью. По ходу службы эта радость динамично возрастает. Поется целый ряд воскресных песнопений. Их становится все больше и больше по ходу службы, и в конце они перерастают в саму Пасху. Это и понятно. Ведь на самом деле никто не знает, в какой момент Христос воскрес. Этого момента никто из христиан не видел. Когда жены мироносицы прибежали к пещере Гроба с первыми лучами солнца, они увидели, что Гроб пустой. Церковь не знает, когда это произошло, но она ждет этого каждую минуту. Момент начала Пасхи, когда распахиваются Царские Врата в храмах и звучит «Христос Воскресе из мертвых» – это не момент Воскресения, это момент, когда они увидели пустой Гроб, момент, когда Церковь узнала о Воскресении. Пасхальная радость вырастает из недр богослужения Великой Субботы, и это, может быть, самая впечатляющая из многочисленных тем этого дня.

 

Просмотры (9)

Читать далее

Таинство Святых Страстей. Старец Иосиф Ватопедский

Размещено Апр 14, 2020 в Статьи | 0 комментариев

Страстная седьмица

Страстная седьмица

Несмотря на то, что главным испытанием Господа является Крест, с помощью которого была побеждена смерть, тление и обреченность на муки в целом, отцы Церкви говорят о смысле и значении и других земных Страстей Христа. Ведь нарушение первыми людьми воли Бога не было простым отрицанием Его и несогласием с Ним. За этим последовало и воплощение непослушания Божественной заповеди в действиях, после чего потребовалось и исцеление последствий этих самых действий. Новый Адам, Господь наш Иисус Христос, действует ровно противоположно беззакониям первого Адама, чтобы исцелить болезнь грехопадения. Как Ева протянула руки к запретному плоду, так и Иисус протянул руки свои на Кресте.
Адам проявил непослушание и нарушил заповедь? Иисус оставался смиренным до самой своей смерти. На дереве рос запретный плод? На древе был распят наш Спаситель. В райском саду был создан Адам и изгнан оттуда? В Гефсиманском саду Иисус был предан. Богоподобие и славу хотел найти Адам в своем неповиновении? Бесчестия и поругания удостоился наш Господь. Терновники и чертополохи получил Адам после своего изгнания? Терновником увенчан и наш Иисус. Вожделенный вкус почувствовал Адам, вкусив запретный плод? Уксус и желчь отведал Иисус. Ева, сотворенная из ребра Адама, стала причиной грехопадения? В ребро ударили копьем Иисуса, и из этой раны текли «кровь и вода», мистическим образом очищающие человеческую природу. Испорченность и беззаконие первых людей было излечено обратным повторением их поступков в Страстях нашего Спасителя.

Основой и центром всех деяний Богочеловека остается Крест, в котором воплощено великое чудо, самое величайшее из всех когда-либо известных. Крест – центр всех событий этого мира, начало и конец прошедшей, настоящей и будущей истории. Здесь рождается начало жизни, вечности, объединение всего того, что существует и будет существовать. Отсюда берет свое начало упразднение и очищение тленности и смерти во всех ее проявлениях. Отсюда начинается обещание безопасности всем мирам, всем эпохам, открываются врата для всех, чтобы все приняли дары и благодати, которые Бог задумал для своего творения. Преступление и падение Адама помешало расположенности Творца к освящению и совершенствованию всего сущего. Крестная жертва Христа как раз таки и является началом возвращения всего сущего к своему предназначению и славе. «Как в Адаме все умирают, так в Христе оживут» (1-ое Кор. 15:22). «Ибо, если из-за преступления одного подверглись смерти многие, то тем более благодать Божия и дар по благодати одного Человека, Иисуса Христа, преизбыточествуют для многих» (Рим. 5:15). Действительно, не подлежит сомнению тот факт, что Воскресение нашего Господа – это некое разделение всех упомянутых нами даров, но корнем, из которого они произросли и принесли плоды, является Крест. Именно Крест стал славой нашего Иисуса. Поэтому евангелист Иоанн пишет, что до своей Крестной жертвы «Иисус еще не был прославлен» (Ин. 7:39). Если Воскресение – это жатва, то Крест и Страсти – это то, что помогло созреть плодам.

Всемогущий Бог Слово, объединившийся с нашей природой, Своей добродетельной жизнью излечил все наши слабости и страсти, все склонности нашей ложной природы и «прилежащие на злая» помышления. В конце концов, Он поднялся на Крест, считавшийся проклятием, и вместе с проклятием, которое унаследовала наша природа, сокрушил и смерть. Это было вполне естественно для великого Вершителя нашего возрождения – стремиться полностью излечить то, что Он и сам принял – человеческую природу. Он показал нам в словах и в делах пример добродетели, подобающей нашей природе, исцелил раны, нанесенные смертью, означающие в то же время и душевное растление. Он исцелил слепого, немого, прокаженного, сухого, расслабленного, бесноватого – недуги, символизирующие орудия смерти, и после этого Сам отправился на Крестную смерть, чтобы упразднить ее и, как сказал апостол Павел, «избавить тех, которые от страха смерти через всю жизнь были подвержены рабству». Он превратил орудие бесчестия и страха, знак проклятия и ужаса в символ победы и триумфа, силы и союза для человечества всех поколений и эпох. И сейчас все, призывающие силу и заступничество Креста, попирают могущество дьявола и смерти. С помощью благодати и силы Креста разрушается власть греха, укрощаются страсти и греховные привычки, преображается больной нрав, верующие просвещаются, избирая Божественную волю, украшаются добродетелями, учатся терпению, кротости, справедливости, чистоте и, самое главное, совершенствуются в умении сочувствовать и любить.

Когда наш Иисус покинул землю, Он возвысил вместе с Собой всех тех, кто верил в Него, освободив их от всяческого напрасного и греховного стремления. Поднявшись на Крест и оказавшись между небом и землей, Он распростер свои объятия для всего творения, проповедуя Евангелие мира всем, далеким и близким. Он явился миром для всего сущего, привел разрозненное к единству, разрушая преграды. Он примирил все творение Своим святым Телом, Своим Крестом остановив вражду и, согласно Павлу, «истребив учением бывшее о нас рукописание, которое было против нас, и Он взял его от среды и пригвоздил ко кресту, отняв силы у начальств и властей, властно подверг их позору, восторжествовав над ними Собою» (Кол. 2:14-15). Ему остается лишь сойти в ад, чтобы «находящимся в темнице духам, сойдя, проповедовать» (1ое Петр. 3:19), ибо «Он же есть и восшедший превыше всех небес, дабы наполнить все» (Еф. 4:9-10).

Однако здесь нам следует остановиться и изложить некоторые факты, которые не должны остаться без внимания. Когда Моисей исполнил свою миссию как вождь и спаситель еврейского народа, он передал власть своему преемнику Иисусу Навину со всеми обещанными Богом заветами и благословениями. С горечью он написал песнь, которая выражает его боль и скорбь, ведь Моисей предвидел, что этот народ не подчинится и не покажет себя достойным тех благословений и заветов, которые оставил ему Господь. Подобным образом и Христос, истинный Спаситель и Избавитель мира, осуществляя своим Божественным уничижением и Крестом всеобщее спасение, предвидел, что спасутся далеко не все люди, ради которых Он приносит себя в жертву. По этой причине в самый важный час своих страданий, Он зашевелил своими иссохшими губами, и сказал: «Жажду». Конечно, Его острая боль от продолжительного мучения создала естественную жажду, но крик Иисуса «жажду» отнюдь не является выражением телесной жажды Того, Кто постился на протяжении сорока дней. Его жажда – это выражение Его горящего любовью добродетельного сердца, которое желало спасения всех людей. Жертва Иисуса была настолько великой, что могла бы спасти народы всех планет Вселенной, если бы на них существовала жизнь. Слово «жажду» – это одновременно острое жало совести для всякой природы, сознания и сердца, удостоившегося Божественного знания, но по своему малодушию предающего Его любовь. Это обличение всяческого равнодушия, отговорки и предательства этой великой жертвы, которая ни раньше, ни сейчас, ни в будущем веке не будет поддаваться описанию. Его горящее сердце выражает жажду продолжить, если б это было возможным, Его Пречистые Страсти, чтобы взволновать и пробудить всех тех бесчувственных и черствых, которые отказываются прийти к Нему.

Мы видим, как совершается удивительная тайна: Божественная любовь во всем своем величии нисходит на людей и дарует им бессмертие, богоподобие, богообщение. Но человеческая порочность, в свою очередь, отказывается от этого дара. То, на что имеет право каждый человек, даже предатель и злодей, – это стакан холодной воды. Однако самый великий Благодетель человечества не удостоился и этого. Тот, кто потряс иудейскую землю своими сверхъестественными чудесами, кто прошел все земли, благодетельствуя и исцеляя, кто учил и подавал пример мира, милосердия и любви, в момент казни возопил: «Жажду», и вместо воды получил уксус и желчь. Насколько же злость слепа! Это возможность для каждого из нас обратить взгляд на самого себя и сравнить, как бы поступили мы. История повторяется.

Наконец, когда наш сладчайший Иисус, Агнец Божий, взявший грехи мира, в последний раз вкусил неблагодарность тех, ради кого Он жертвовал собой, когда Он в полной мере исполнил волю Отца, Он сказал свои последние слова. Люди, бывшие рядом с Ним, не приняли дар Его любви, толпа беззаконников «не захотела понять» (Пс. 35:3). И когда не осталось ни малейшей надежды на то, что их сердца смягчатся, Иисус обратился к Небесному Отцу и настойчиво просил Его простить тех, кто Его распинает: «Отче, оставь им, ибо не ведают, что творят». Какие потрясающие, удивительные слова! Кто, как ни Богочеловек мог произнести их? Одного лишь Его голоса, одной лишь этой молитвы достаточно, чтобы убедить всю Вселенную в том, что это и есть Единородный Сын Божий. «И преклонив главу, предал дух» (Ин. 19:30). Тайна тайн. Известно, что человек сначала испускает дух, а затем уже склоняет голову, в то время как Иисус сперва склонил голову, после чего, когда Он того захотел и соблаговолил, предал дух. Это Он имел в виду, когда говорил: «Имею власть отдать жизнь и власть имею опять принять ее» (Ин. 10:18). Святой Иоанн Дамаскин в своем каноне пишет:

«Страхом к Тебе, яко рабыня, смерть поведена приступи Владыце живота». Сказав Свои последние слова, Христос предал дух и исполнил замысел величайшего таинства превечной Божественной воли.

Тем самым, Он «в немощи», как пишет апостол Павел, осуществил свою миссию, возродив и воссоздав нашу искаженную сущность. Афанасий Великий в своей речи, посвященной Крестным Страстям Господа, говорит нам следующее: «Он спустился, чтобы подготовить наш подъем, познал опыт рождения, чтобы мы смогли познать любовь Нерожденного (Отца). Он стал немощным, чтобы мы обрели силу и сказали, как Павел: “Всего могу достичь посредством Иисуса Христа, укрепляющего меня”. Палачи отнимают у него кожаные хитоны, в которые мы облачились в лице Адама, чтобы вместо них мы облеклись в Христа. Он пострадал за нас, заботясь о том, чтобы мы не познали боли. Спаситель забрал у них “трость”, чтобы не только избавить нас от обмана змия, но умертвить его и показать нам это».

Обратимся теперь к деяниям «в немощи» нашего Иисуса. Его миссия была исполнена, и Всемогущий Бог Слово, который вчера пострадал как Сын Человеческий, теперь открывается во всем присущем Ему могуществе. Вчера слуги Пилата дали Ему пощечину, а сегодня Он своей святостью попирает смерть и ад. Вчера над ним глумились книжники, фарисеи и достойная сожаления иудейская толпа («разрушающий храм, сойди с креста и уверуем в Тебя»), сегодня Он устрашает властителей тьмы и ада.

Как только Иисус своей Божественной душой спустился в ад, за ним последовали все небесные силы. Конечно, не для помощи – в какой помощи может нуждаться всемогущий Бог Слово, «держащий все словом силы Своей» (Евр. 1:3) – а в качестве сопровождения, восхищаясь Его великими замыслами и волей, которыми Он вершит свое неизреченное смотрение, «дабы все небесное и земное соединить под главою Христом» (Еф. 1:10) даже под землей. Все небесные силы, как идущие впереди, так и следовавшие позади Него, со страхом воспевая: «Свят, свят, свят, сущий, бывший и грядущий Царь сил», вошли в адские темницы. Властитель тьмы и все его мятежные силы почувствовали, что пришел час их суда и предпринимали последние попытки защититься.

Приведем здесь некоторые мысли из соответствующего слова великого отца нашего Епифания: «Когда показались силы бесплотных служителей, которые сопровождали нашего Спасителя, они возгласили скрывавшимся внутри темным тиранам: “Поднимите, врата, верхи ваши, и войдет Царь славы”. На что темные жители ада ответили испуганно и встревожено, будто бы не зная: “Кто есть этот Царь славы?”. Ведь никто еще не входил в Царство тьмы с такой властью. Тот ли это, Кто забрал из наших чертогов сына вдовы, дочь Иаира и четверодневного Лазаря? Тот ли это, Кто изгонял наших слуг из людей, исцелял болезни и раны, которые нами были нанесены? Это Тот, Которого исполнители нашей воли распяли, и Он не сопротивлялся, но выказывал бессилие и страх и говорил: “Боже мой, Боже мой, за что Ты оставил меня?”. Он жаждал, а мы дали Ему желчь. Почему же вы теперь называете Его “Царем славы”? Но небесные силы властно повторили: “Поднимите, врата, верхи ваши”, не медлите, не спрашивайте, не смущайтесь, не оправдывайтесь. Но поскольку темные силы медлили и вновь спрашивали: “Кто есть этот Царь Славы?”, небесные силы, не тая, возгласили: “Господь сил, Он есть Царь славы”. И после этих слов разрушились двери и засовы, и вход в темницу адову был сокрушен. Тогда ужас, страх и трепет обуял властителей тьмы, которые в самых глубоких адских чертогах и пещерах скрылись от лица Царя славы. Нерушимыми оковами был связан повелитель тьмы, и был лишен всей власти, которую он имел над человеком. Теперь он не владычествует над теми, кто верует и следует за Господом Иисусом Христом. Это предвидел Давид, говоря: “у врага не осталось оружия совсем”».

Когда лучами своей святости Господь просветил все пристанища ада, Он направился к первосотворенному и первому из смертных праотцу нашему Адаму, которого смерть хранила глубже других людей. Тогда Адам поднялся и с изумлением закричал находящимся вокруг него от века умершим: «Друзья и дети мои, слышу звук знакомых мне шагов. Этот звук я слышал и тогда, в тот роковой вечер, когда я скрывался в райском саду после моего преступления. Это Он грядет к нам, будьте мужественны, ибо близится наше избавление». И пока Адам говорил это, Господь предстал перед ним в своем богочеловеческом облике. И ударив себя в грудь, старый Адам воскликнул: «Господь мой со всеми нами». И Иисус ответил ему: «И со духом твоим. Восстань мое творение, мой образ, восстань из мертвых, и Бог просветит тебя. Восстань, пробудись, и мы уйдем отсюда. Отныне пристанище твое не ад, а Небеса. Ведь я сотворил тебя не для ада, но для жизни, ради Тебя я принял твою же природу, став твоим потомком и сыном, чтобы сделать тебя сыном Моего Отца. Восстань, пробудись, мы уходим отсюда…».

Таким образом, всем тем, что до нас донесла Церковь, мы веруем, что нисхождением Бога Слова было осуществлено обновление творения и возрождение человеческой природы. Своим ипостасным объединением со своим творением, человеком, Бог Слово передал и продолжает передавать Свои Божественные дары всему своему созданию и, в особенности, человеку, которого Он, согласно Павлу, сделал сотелесным Себе. Мы более не чужестранцы и переселенцы, но сограждане святых, близкие Богу и сотелесные Ему, ибо Он связал нас со своим собственным Телом – Церковью.

Приведем здесь некоторые слова выдающихся богословов нашей Церкви. Когда Бог Слово принял плоть, в Его Теле воплотился весь замысел по спасению мира. Так Его Тело стало Церковью, в которой непрерывно продолжается дело спасения мира от всех проявлений тления и смерти. Это подчеркивает апостол Павел, когда пишет, что Спаситель действовал «в Теле Своем». Своим вочеловечеванием Господь вводит нас в кровное родство с Богом. Новый Завет и Кровь Богочеловека Христа – это завет не с целью поучения, закона, приказа или договора, но Завет Крови Божественной и человеческой, которая является источником и причиной всех животворящих и чудотворных сил, действующих в богочеловеческом замысле нашего спасения. Все должно объединиться в одном теле – Теле Христа Церкви – и таким образом достигнуть святой и вечной цели: «полнота Наполняющего все во всем» (Эф. 1:23). Вот в чем заключается таинство Божие и Евангелие – благая весть, открывающая всю суть существования неба, земли и всего творения в целом. Евангелие – это Богочеловек Христос внутри нас, во всей полноте Его богочеловеческой сущности, Его образом, который составляет нашу природу. Божественное таинство, Евангелие, заключается в том, чтобы Христос жил в нас, а не мы в себе, чтобы стать Христоподобными во всем своем существе, чтобы Его образ отражался во всех наших проявлениях. Это достигается в Церкви через святые таинства и святые добродетели. Каждое таинство и добродетель созидают в нас этот Божественный образ, который растет до тех пор, пока все добродетели и таинства не превратят его в целостный облик: покаяние, пост, молитва, Причастие, вера, любовь, кротость, которые мы с терпением воплощаем в своей жизни, «доколе не изобразится в вас Христос» (Гал. 4:19). Пусть Христос и ничто, кроме Него, включая нас самих, станет нашим образом. Человек, не имеющий в себе Христа, подобен скоту или демону. Борющиеся в жизни во Христе, мы принимаем все Тело и всю жизнь Христа, становясь, вместе или каждый в отдельности, Христом. Мы принимаем все Божественные дары, которые Он оставил нашей природе с помощью своих Святых Страстей и Воскресения. И даже если мы находимся на земле, «наше жительство на Небесах» (Флп. 3:20). Живя среди людей, «жизнь ваша сокрыта со Христом в Боге» и необходимо «о горнем помышлять, а не о земном» (Кол. 3:2-3).

Старец Иосиф Ватопедский, ”Слова утешения”,
издательство монастыря Ватопед, Святой Афон, 1998 г.

Просмотры (13)

Читать далее

Великая Пятница. Путь на Голгофу. Игнатий (Брянчанинов) Страстная седмица (Видео)

Размещено Апр 14, 2020 в Видео | 0 комментариев

 

Просмотры (10)

Читать далее

ВХОД ГОСПОДЕНЬ В ИЕРУСАЛИМ. ПРОПОВЕДЬ МИТРОПОЛИТА АНТОНИЯ СУРОЖСКОГО

Размещено Апр 14, 2020 в Статьи | 0 комментариев

Вход Господень в Иерусалим

Вход Господень в Иерусалим

Праздники бывают разные. Сейчас мы встречаем праздник Входа Господня в Иерусалим; это один из самых трагических праздников церковного года. Казалось бы — все в нем торжество: Христос вступает в Святой Град; встречают Его ликующие толпы народа, готовые из Него сделать своего политического вождя, ожидающие от Него победы над врагом; разве здесь есть что-то трагическое?

Увы, есть! Потому что все это торжество, все это ликование, все эти надежды построены на недоразумении, на непонимании, и та же самая толпа, которая сегодня кричит: «Осанна Сыну Давидову!», то есть, «Красуйся, Сын Давидов, Царь Израилев», в несколько дней повернется к Нему враждебным, ненавидящим лицом и будет требовать Его распятия.

Что же случилось? Народ Израилев от Него ожидал, что, вступая в Иерусалим, Он возьмет в свои руки власть земную; что Он станет ожидаемым Мессией, Который освободит Израильский народ от врагов, что кончена будет оккупация, что побеждены будут противники, отмщено будет всем.

А вместо этого Христос вступает в Священный Град тихо, восходя к Своей смерти… Народные вожди, которые надеялись на Него, поворачивают весь народ против Него; Он их во всем разочаровал: Он не ожидаемый, Он не тот, на которого надеялись. И Христос идет к смерти…

Но что же остается одним, и что завещает нам Христос Своей смертью?

В течение именно этих дней, говоря народу о том, какова будет их судьба, когда они пройдут мимо Него, не узнав Его, не последовав за Ним, Спаситель Христос говорит: Се, оставляется дом ваш пуст; отныне пуст ваш храм; пуст ваш народный дом; опустела душа; опустели надежды; все превратилось в пустыню…

Потому что единственное, что может превратить человеческую пустыню в цветущий сад, единственное, что может дать жизнь тому, что иначе — пепел, единственное, что может сделать человеческое общество полноценным, единственное, что может помочь человеческой жизни стремиться полноводной рекой к своей цели, — это присутствие Живого Бога, дающего вечное содержание всему временному: Того Бога, Который настолько велик, что перед Ним нет ни великого, ни малого, а в каком-то смысле все так значительно — как перед любовью: самые мелкие, незаметные слова так дороги и значительны, а большие события иногда так ничтожны в таинстве любви.

Оставляется вам дом ваш пуст… Народ искал земной свободы, земной победы, земной власти; его вожди хотели именно властвовать и побеждать. И что осталось от этого поколения? Что осталось от Римской империи? Что вообще осталось от всех тех, которые имели в руках власть и думали, что никогда она не отнимется у них? — Ничто. Порой — могилы; чаще — чистое поле…

А Христос? Христос никакой силы, никакой власти не проявил. Перед лицом непонимающих Его Он так непонятен: Он все мог, Он мог эту толпу, которая Его так восторженно встречала, собрать воедино, из нее сделать силу, получить политическую власть. Он от этого отказался. Он остался бессильным, беспомощным, уязвимым, кончил как будто побежденным, на кресте, после позорной смерти, среди насмешек тех, могилы которых теперь не сыскать, кости которых, пепел которых давно рассеяны ветром пустыни…

А нам завещал Христос жизнь; Он нас научил тому, что, кроме любви, кроме готовности в своем ближнем видеть самое драгоценное, что есть на земле, — нет ничего. Он нас научил тому, что кроме любви, кроме готовности в своем ближнем видеть самое драгоценное, что есть на земле, — нет ничего. Он нас научил тому, что человеческое достоинство так велико, что Бог может стать Человеком, не унизив Себя. Он нас научил тому, что нет ничтожных людей, тому, что страдание не может разбить человека, если только он умеет любить. Христос научил нас тому, что в ответ на опустошенность жизни можно ответить, отозвавшись только мольбой к Богу: Приди, Господи, и приди скоро!..

Только Бог может Собой заполнить те глубины человеческие, которые зияют пустотой и которых ничем не заполнишь. Только Бог может создать гармонию в человеческом обществе; только Бог может превратить страшную пустыню в цветущий сад.

И вот сегодня, вспоминая вход Господень в Иерусалим, как страшно видеть, что целый народ встречал Живого Бога, пришедшего только с вестью о любви до конца — и отвернулся от Него, потому что не до любви было, потому что не любви они искали, потому что страшно было так любить, как заповедал Христос, — до готовности жить для любви и умереть от любви. Они предпочли, они хотели, жаждали земного. Осталась пустыня, пустота, ничто…

А те немногие, которые услышали голос Спасителя, которые выбрали любовь и уничиженность, которые захотели любить ценой своей жизни и ценой своей смерти, те получили, по неложному обещанию Христа, жизнь, жизнь с избытком, победную, торжествующую жизнь… Это — праздник, который мы сейчас вспоминаем, который мы сейчас празднуем; это день страшнейшего недоразумения: одним оставляется дом их пуст, другие входят в дом Божий и становятся сами храмом Святого Духа, домом Жизни. Аминь.

 

Вход Господень в Иерусалим — один из самых трагических праздников, который нам приходится пережить. В нем, как будто, все двоится. Есть ряд событий очевидных, которые обращают на себя внимание, и есть какая-то глубина этих событий, которая почти неприметна и уже носит на себе печать Страстей Господних.

Внешне — торжество. Господь въезжает в Иерусалим, как царь, на Нем исполняется пророчество: Ликуй от радости, дщерь Иерусалима, Царь твой грядет к тебе… кроткий, сидящий на ослице (см. Зах, 9:9).

Он окружен учениками; народ, который в течение последних недель видел проявляющуюся в Нем славу Божию, встречает Его ликующе. Невзирая на негодование первосвященников, фарисеев, книжников, на сопротивление политических вождей, люди встречают Его с восторгом, постилают на Его пути пальмовые ветви, снимают с себя одежду, чтобы Он прошел по ней. Кричат: «Осанна Сыну Давидову! Благословен Грядущий во имя Господне!..» — и, казалось бы, это торжественное шествие; казалось бы, мы можем ликовать вместе с народом.

Но когда мы вдумываемся в события последующих дней, мы видим какое-то трагическое недоразумение, потому что это торжество, эта радость народная непонятным, как будто, образом через несколько дней превращается в ярость, в ненависть толпы, которая перед Пилатом будет кричать: «Распни, распни Его! Не Его — Варавву нам отдай!..»

Понять это можно только так, мне кажется. Как бы глубже слоем, чем внешнее торжество, это событие несет печать глубинного недоразумения. Встречают Христа как царя, ожидают в Нем политического вождя. До сих пор Он скрывался, теперь Он открыто въезжает в город со Своими учениками. И люди думают, что приближается время, когда Он возьмет в Свои руки судьбы Израиля, когда настанет время политической, государственной и общественной независимости еврейского народа, когда наступит время возмездия язычникам, мести Израиля, когда он воцарится, восторжествует. Народ ожидает, что кончается время его унижения и начинается слава — последняя, победная слава Израиля.

А Христос вступает в Иерусалим как кроткий Царь, Царство Которого не от мира сего. Он пришел принести это Царство в сердца человеческие, Он пришел установить новое Царство, от которого страшно становится человеческому сердцу, потому что оно — Царство совершенной, самоотверженной любви, самоотречения, Царство изгнанничества ради правды и ради истины, Царство, которое всецело в человеческих сердцах и определяется пока только тем, что в чьих-то сердцах — немногочисленных или многих — единственным Царем является Господь Бог. Люди ожидали от Него земной победы, обеспеченности, покоя, устойчивости; Христос им предлагает оторваться от земли, стать бездомными странниками, проповедниками этого Царства, которое и самому человеку бывает так страшно…

И вот, эти люди, которые недавно встречали Его с таким торжеством, восстают на Него с таким негодованием и ненавистью, непримиримой ненавистью, потому что Он обманул все их надежды. Жить без надежды человек едва ли может; но воспламениться надеждой, когда она уже угасла — и увидеть эту надежду поруганной порой бывает невыносимо. И тот, кто явился причиной такого поругания, падения последней надежды, едва ли может надеяться на милость человеческую. Это и случилось со Христом…

Поэтому вход Господень в Иерусалим весь находится под знаком недоразумения, весь уже носит печать Страстных дней. Окруженный ликующей толпой Христос всё больше и больше погружается в одиночество; ученики ожидают чего-то, чего Он им не предлагает, окружающий народ встречает Его потому, что думает, что Он — иной, и Христос шаг за шагом вступает в этот град «побивающий пророков», и приближается к одиночеству Гефсиманской ночи.

Это первое, что мы видим у преддверия Страстей Господних. Затем дни — дни споров, пререканий, которые постепенно приводят к последней развязке, к предательству Иуды, к Гефсиманской ночи, и к Распятию. И вот из этих событий мне хочется остановиться на некоторых; первое — это Гефсиманская ночь.

Гефсиманская ночь, это предел оставленности человеческой помощью, человеческой любовью, это час, когда Спаситель Христос остается один — один со Своей человеческой судьбой в момент, когда эта человеческая судьба вся сводится и сосредоточена только на одном: на грядущей смерти. Христос, после Тайной Вечери вышел в ночную тьму со Своими учениками; Он ушел за Кедрон в сад Гефсиманский; Он знает, что грядет время, когда Он будет отдан в руки человек грешных и начнется над Ним расправа — расправа человеческого греха над Божественной милостью, потому что эта Божественная милость оказалась для них обманом — она предлагает небо, когда земля требует своего…

Христос просит Своих учеников побыть с Ним, основная группа остается в одном месте, немножко дальше Он уводит с Собой троих: Петра, Иакова и Иоанна ~ тех самых, которые видели чудо Его преображения — и просит их бдеть и не спать; и Он уходит на короткое расстояние и начинает молиться. В этом предсмертном борении (не потому что телесная смерть для Него уже наступила, а потому что это момент, когда слова Христовы, сказанные на Тайной Вечери, «никто Моей жизни не отнимает от Меня, Я Сам её даю» должны стать живой, трагической реальностью) то, что было целью и намерением Воплощения, теперь делается неминуемым событием следующего мгновения. То, что Христос намерен был принять, то, о чем Он знал, что это будет Его судьбой, теперь уже неминуемо будет, уже приближается, уже касается Его; и Христос, истинный Бог и истинный человек, стоит перед лицом смерти. И вот здесь одиночество особенно трагично: три человека, самые близкие, самые родные, в нескольких шагах от Него засыпают от усталости, от тоски, от того, что слишком много пришлось пережить за последние дни… Христос остался в этой ночной тьме один -, один в Своей молитве к Отцу; и, казалось бы, эта молитва должна пробить небеса, должна разорвать тьму ночную, она должна была бы быть живым мостом между душой Страдальца и душой Отца — и этого не случается; не только ночь всё темнее, не только ученики спят, но и Отец остаётся в безмолвии: в этой страшной ночи искупления и Бог безмолвствует…

Когда мы читаем евангельские страницы, то видим, с какой отзывчивостью Спаситель отвечает на каждую мольбу приходящего к Нему с болезнью, с тоской, с грехом, даже со смертью; Христос обещал, что если у кого будет веры с горчичное зерно, он сможет двигать горами: и вот, в этой трагической ночи ничего не случается. Вся вера, вся праведность Сына разбивается, как волна об скалу, об это молчание земли и неба. Если бы небо ответило отказом, было бы легче. Вы помните, как Сирофиникиянка из пределов Сидонских молила Христа об исцелении дочери, как Христос её убеждал, что этому не надлежит быть, как бы вызывая её этим на всё больший и больший подвиг веры, совершенного доверия Богу, и когда она это доверие засвидетельствовала с предельной силой Он даровал ей исцеление. Отказ за отказом падал на неё, но каждый отказ был как бы поводом нового движения веры в ней. Здесь же небо молчит, отказа нет, ответа нет. Я сейчас не хочу вдаваться в причины и объяснения — это нас отвело бы от острого сознания того, что происходит — небо и земля оставили до конца Спасителя перед лицом смерти. После третьего моления Ангел подошел укрепить Его, после того, как кровавым потом была покрыта земля, изныла предсмертной тоской человеческая грудь…

Теперь следующий момент: суд у Пилата, Христос отдается на неправедный суд — и этот суд не находит в Нем вины. Желая чем-то удовлетворить толпу, Пилат повелевает Невинного бить. Невинный терпит удары, насмешки, терновый венец, красную хламиду, и выводится перед лицом толпы. «Вот человек!» Эти слова значат в простом смысле: «Вот Тот, Кого вы предали мне, вот Он». Но если задуматься над ними, то действительно мы здесь видим человека — во всей его наготе.

Что осталось от Царя, Сына Давидова? Посмешище. Что осталось от Того, Кто проповедовал, целил, словом побеждал? Пленник, который не имеет ни слова в свою защиту, просто человек, не кто-то, не Иисус, а пленник безымянный, в котором остаётся только его облик.

Мне довелось раз посмотреть на человека. Это было сразу после освобождения Парижа; изменников, предателей ловили, иногда судили, иногда убивали, а до этого часто водили по улицам и издевались над ними. Поймали одного человека, который многих предал на смерть, который не заслуживал, по суду человеческому, ни сострадания, ни милости. Я выходил из дому, и толпа его вела мимо нашего подъезда. Он был в обычном своем костюме, но испачканном, беспорядочном…

Полголовы его было обрито, лицо его было отмечено подтёками, толпа его забросала грязью. Я знал, кто этот человек, поэтому я не мог по первому движению души видеть в нем страдальца и мученика. По первой мысли это был пойманный злодей, и однако эта мысль не только не задержалась, но и не мелькнула в голове. То, что я видел, был просто человек, все его другие свойства исчезли.

Был ли он злодей, сколько крови он пролил, сколько семей лишил мужей, отцов, братьев и сестер — всё это не вспомнилось, потому что в этой предельной, ужасной нищете, в этом предельном уничижении ничего не осталось кроме просто человека. И в течение многих часов передо мной стоял образ, двоящийся образ этого человека и Христа Спасителя, и я не мог разделить одного от другого. Суд у Пилата и суд толпы, расправа народная тут и там, и перед ужасом того, что можно сделать над человеком и с человеком всё остальное стиралось. Оставалось только: «Се человек!» Это другой образ, который я хотел вам напомнить; третье — Распятие.

На Голгофу поднималось три человека, три злодея: Иисус из Назарета и два других. В толпе, вероятно, было некоторое недоумение; за эти дни многие, вероятно, обсуждали судьбу Иисуса и Его личность; Он был иной — не один из трех. Он как-то выделялся: для одних тем, что Он, побежденный самозванец, сейчас должен пережить заслуженное Им; для других Он еще оставался неразгаданной тайной; до последней минуты, до последнего вздоха, можно было, кажется, чего-то ожидать…

Этих троих распяли; сначала от боли, от отчаяния, от гнева побежденности два других разбойника бились и кричали и Его поносили: Названный Царь Иудейский, помоги, а если не можешь, то кто же ты такой? — но постепенно смерть начала покорять эти души и эти тела. Один продолжал Его поносить и продолжал ненавидеть свою судьбу, другой что-то прозрел. Что случилось?

Все они, все трое были распяты по человеческому суду; судили неправедные судьи; судили такие же люди, грешные, злобные, как и сами разбойники, — только которым житейски больше повезло. Один из разбойников увидел и пережил только неправду этого человеческого суда, другой прозрел за человеческим судом суд Божий; человеческий суд был неправеден тем, что человек человека осудить, тем более засудить не может; однако он был праведен тем, что суд Божий через человеческую неправду застиг человеческий грех. Один из разбойников, видя своих судей и зная, что они собой представляют, не мог принять своей судьбы; другой, взглянув на Иисуса и что-то увидав в Нем, понял, что за человеческой неправдой стояла Божественная страшная правда и что Иисус из Назарета, осужденный невинно, является каким-то свидетельством того, что здесь, на Голгофе совершается какое-то непостижимое Божие дело, что смерть каждого из них является чем-то предначертанным и осмысленным Божиею Премудростью — потому именно, что умирает Праведник, ничем не прикоснувшийся ко злу, что человеческая неправда приковавшая, пригвоздившая всех троих к древу смерти, служит только орудием для судеб Божиих, и он душой обернулся и сказал: «Помяни мя, Господи, егда приидеши во Царствии Твоем.»

Это относится не только к двум разбойникам, но и к нам, постоянно, в нашей жизни. Когда мы грешим, творим зло, когда нас постигает несчастье, когда мы видим последствия своего греха, нам часто приходится говорить: Господи, любой ценой -только выведи меня из этого ужаса… Если бы Сам Господь явился и повелел вам взять на себя какой-то подвиг труда и страданья, мы вероятно бы это сделали хотя бы на время; но Бог этого не делает. В ответ на наш крик «любой ценой» Бог насылает на нас простую, обыденную неправду земли. Нас унижают, на нас лгут, нас оскорбляют, нас утесняют, нашу жизнь делают тяжелой, и нам кажется, что всё это не может быть делом Божиим, плодом Божиего суда, что Бог должен Свою правду творить праведными путями, не через неправду людскую, и мы тогда, как разбойник, повешенный по левую сторону креста, отвергаем собственное спасение через человеческую неправду, потому что требуем от Бога исцеления путем Божественной Правды.

И эта Божественная правда есть, и она целительно водружена перед нами — это Христос, невинно страдающий, это Христос, Который искупает мир и спасает нас Своей смертью и кровью под ударами человеческой злобы… Но и мимо этого мы проходим, потому что и этого мы не принимаем. Если мы только сумели бы хоть на момент прозреть насквозь, через человеческую неправду, судьбы Божии, то всё меняется, и исполняется слово апостола верующему; всё меняется и содействует ко спасению.

И Христос умирает… Часто приходится слышать, будто непонятно, чем смерть Христа была таким событием, что могла оправдать и спасти человечество? Она не была ужаснее, по-видимому, смерти двух разбойников, которые вместе с Ним умирали на кресте; она, вероятно, была гораздо менее мучительна, чем смерть многих мучеников, которые исстрадались в пытках — и в древности и в наши времена; что же есть в смерти Христа такого, что делает её единственной, неповторимой? То ли, что умирает на кресте Сын Божий, потому что по Божеству Своему не умирает Бог? Что же случается? Что делает эту смерть единственной, из ряда вон выходящей, неповторимой смертью?

Смерть каждого человека является плодом постепенного вымирания, даже когда это вымирание соответствует постепенному созреванию его души, как апостол Павел говорит: Внешняя храмина моя разрушается, но крепнет дух – даже тогда человеческое тело, человеческое естество постепенно клонится к земле с тем, чтобы земля его приняла и он вернул бы ей всё, что от неё получил. Смерть человека является плодом падения и греха, т.е. в конечном итоге — плодом разобщенности человека с Богом; именно потому, что человек оторвался от источника жизни, он может умереть; но не так со Христом.

Во Христе человеческое естество и Божественное были соединены совершенно и навеки, соединены без смешения. Соединены так, что Христос есть истинный человек и истинный Бог, но уже навсегда Бог и человек. В этом соединении человечества и Божества человечество Христово в самом чуде Его Воплощения делается бессмертным. Когда священник причащается Святых Таинств от руки архиерея, ему говорятся слова: Пречистое, Святое, Бессмертное Тело Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа преподается тебе! Бессмертное Тело- это тело нетленно…

Оно будет лежать во гробе и останется неприкосновенным для тления. Это тело, которое соединилось с Божеством; по Своему человечеству, ввиду этого соединения Христос, как человек, бессмертен. Для нас смерть является уродливой, но неминуемой; для Христа смерть невозможна и противоестественна; бессмертный по одному соединению с Богом, человек Иисус не может умереть — и однако Он рождается для смерти. Он берет на Себя все последствия человеческого греха: жаждет, утомляется, голодает, терпит страдания и умирает; не потому, чтобы это было естественно Ему, а потому, что Он во всем захотел уподобиться человеку, все испытать захотел, чтобы человека спасти; как говорит апостол Павел: Будучи во всем испытан Он может и испытуемым сострадать… Умирание Христа не есть распад обветшалой человечности, это насильственное вырывание бессмертной души из бессмертного тела. Это вольная, в полном смысле слова, смерть, — потому что это смерть невозможная. «0, Жизнь вечная, как это Ты умираешь?» говорит одна из стихир на службе 12-ти Евангелий. Этим смерть Христа достигает по своему ужасу далеко за пределы всякой страдальческой смерти и остается неповторимой и единственной, делом непостижимой любви, о котором Филарет Московский говорит: Отец — распинающая любовь, Сын — любовь распятая…

И вот, перед этими событиями нам надлежит простоять в течение целой недели. Это больше, чем наши силы могли бы вынести, если бы в нас было только немножко больше чуткости. Мы только потому можем из года в год переживать краешком души совершающееся в эти дни, что мы слишком нечутки, слишком безжизненны, — и вступая каждый год в Страстные дни, мы должны быть готовы к тому, чтобы что-то — если мы молитвенно, с любовью откроемся к воздействию этих дней — навсегда надорвалось в нашей душе, чтобы смерть Христова и Христовы страдания унесли из нашей жизни всё, или хоть часть того, что несовместимо с этим событием.

Часто мы с ужасом задумываемся над тем, что же это были за люди, которые участвовали в распятии Христа? К сожалению это были люди такие же как мы, это не были особые изверги, это не были люди, которые по своей жестокости, или греховности превосходили бы нас, это были люди, движимые обычными нашими страстями. Мы не можем сказать: Если бы мы жили тогда, мы не были бы участниками этих событий… Мы были бы участниками этих событий, если бы только в нас сохранились те же свойства, которые и сейчас качествуют в нас. Посмотрите на Пилата — чем он плох? Чем он стал участником распятия? Трусливостью, малодушием, боязнью за свою карьеру, боязнью за свою семью, боязнью за свою жизнь. Посмотрите на толпу народа — почему она кричала: Распни, распни Его? — Она озлилась на Того, Который обманул надежды её. Посмотрите на других людей, всех: один отстаивал ветхозаветную истину и правду, как он её понимал, не так, как Бог её провозглашал; другой, мимо правды Божией, хотел политической победы; другие просто с ужасом думали о том, что же такое может собою представлять Царство Божие, которое зиждется на любви, т.е. на жертве каждого ради каждого, на самоотречении, каждого ради всех, и ради каждого… Каждый человек вокруг Христа, включая и воинов, которым не было никакого дела до того, кого они распинали, потому что это их «обязанность», а ответственно начальство — они нравственно безответственны — все имели те же самые побуждения, которые нас подвигают к тому, чтобы творить неправду на каждом шагу нашей жизни…

И вот перед этими событиями мы стоим, и в эти события нам надлежит погрузиться. Дай нам Бог хоть что-то пережить, хоть что-то в своей душе унести. Заставить себя пережить нельзя ничего — поэтому можно только войти в эту толпу народную, и вместе с толпой следовать за каждым событием этой недели. Некоторые вещи нам удастся пережить ярко, некоторых вещей мы сейчас не переживем, но в какой-то момент нашей жизни они могут предстать перед нами с душераздирающей силой, и решить нашу судьбу…

Пройдем в этой толпе — с Божией Матерью, с апостолами, с первосвященниками, фарисеями, воинами, больными, которых исцелил Христос, грешниками, которых Он прощал, врагами Христа, которые старались Его уловить, недоуменной толпой, которая не знала, в какую сторону податься. Вмешаемся в эту человеческую массу людей и посмотрим в каждый момент, куда мы принадлежим: Пилат, Иуда, недоуменный зевака, всегда колеблющийся человек, который никогда не возьмет ответственности, разбойник одесную и разбойник ошуюю, или кто же, в конце концов, я? И мы увидим, что в разные моменты мы окажемся разными людьми. И вот, если подвести итог в конце недели или в течение наступающего времени тому, что пережито, станет вероятно грустно и больно, но если эта боль будет сильная и острая, и если эта грусть будет искренняя, они могут нас подвигнуть к тому, чтобы стать немножко более Христовыми, чем мы есть.

Просмотры (8)

Читать далее

Дни Страстей Господних

Размещено Апр 14, 2020 в Статьи | 0 комментариев

1. Последние дни

земной жизни Спасителя

Совершив Тайную вечерю и причастив Своих учеников, Господь Иисус Христос пошел с ними в Гефсиманский сад. Это было в четверг вечером, за день до иудейского праздника Пасхи. Уютный Гефсиманский сад, густо усаженный оливковыми деревьями, некогда принадлежал праотцу Спасителя, царю Давиду. Находясь на западном склоне Елеонской горы, сад возвышался над Иерусалимом, и с него открывался живописный вид на Храм и окружающие его великолепные постройки. Когда Господь посещал Иерусалим, Он неизменно собирался со Своими учениками в Гефсиманском саду. Зная это, Иуда, один из апостолов (который покинул Тайную вечерю, чтобы предать Спасителя) решил именно сюда привести стражу, чтобы они могли здесь арестовать Христа.

Андреа Мантенья. Моление о Чаше

Зная о приближении воинов, Господь стал готовиться к предстоящему суду у первосвященников и к Своей крестной смерти. Чувствуя необходимость молитвы в этот решающий момент, Господь сказал апостолам: «Сидите тут, пока Я помолюсь.» Отойдя на небольшое расстояние, Господь начал скорбеть и тосковать. «Душа Моя скорбит смертельно, — сказал Он находящимся невдалеке апостолам Петру, Иакову и Иоанну. — Побудьте здесь и бодрствуйте со Мною.» Потом, немного отойдя, Он пал на лице Свое и начал молиться: «Отче Мой! Если возможно, да минует Меня чаша сия. Впрочем не как Я хочу, но как Ты.» Молитва эта была столь напряженной, что по описанию евангелистов, пот, как капли крови, стекал с Его лица на землю. В это время невероятной внутренней борьбы явился к Иисусу Ангел с Неба и стал укреплять Его.

Никто не может постичь всю тяжесть скорбей Спасителя, когда Он готовился к крестным страданиям для искупления грешного человечества. Нет надобности отрицать естественный страх смерти, потому что Ему, как человеку, были известны обычные человеческие тягости и болезни. Обычным людям естественно умирать, но для Него, как совершенно безгрешного, смерть была противоестественным состоянием.

При этом внутренние страдания Христа были особенно невыносимы потому, что в это время Господь брал на Себя все непосильное бремя грехов человечества. Мировое зло всей своей непосильной тяжестью как бы придавило Спасителя и наполнило Его душу невыносимой скорбью. Ему, как нравственно совершенному, было чуждо и омерзительно даже малейшее зло. Беря на Себя людские грехи, Господь вместе с ними брал на Себя и вину за них. Таким образом то, что должен был претерпеть каждый из людей за свои преступления, сосредоточивалось теперь на Нем Одном. Очевидно, что скорбь Христа усиливалась от сознания того, насколько ожесточилось большинство людей. Многие из них не только не оценят Его бесконечную любовь и величайший подвиг, но будут смеяться над Ним и со злобой отвергнут предлагаемый им праведный путь. Грех они предпочтут праведному образу жизни, а людей, жаждущих спасения, они будут преследовать и убивать.

Переживая это, Господь трижды молился. В первый раз Он просил Отца удалить от Него чашу страданий; во второй раз Он изъявил готовность следовать воле Отца; после третьей молитвы Спаситель сказал: «Да будет воля Твоя!»

С богословской точки зрения, внутренняя борьба, которую Господь Иисус Христос претерпел в Гефсиманском саду, со всей очевидностью обнаруживает две самостоятельные и цельные сущности в Нем: Божескую и человеческую. Его Божественная воля, была во всем согласна с волей Его Небесного Отца, желающего спасти людей Своими страданиями, а Его человеческая воля естественно отвращалась от смерти как от удела грешников и желала найти другой путь спасения людей. В конечном итоге, укрепленная прилежной молитвой, Его человеческая воля подчинилась Его божественной воле.

Восстав от молитвы, Господь подошел к апостолам, чтобы предупредить их о приближении предателя. Застав их спящими, Он кротко упрекает их: «Вы все еще спите и почиваете? Вот приблизился час и Сын Человеческий предается в руки грешников. Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение. Дух бодр, плоть же немощна» (Марк 14:38). Как могло случиться, что ученики уснули в такой решающий момент? Это произошло, очевидно, от чрезмерной печали. Они смутно понимали, что какая-то ужасная трагедия вот-вот произойдет, и не знали, как отвратить ее. Известно, что сильные переживания могут настолько истощить нервную систему, что человек теряет волю к сопротивлению и старается забыться сном.

Однако Господь убеждает Своих учеников, а в их лице и всех христиан не отчаиваться ни при каких трудных обстоятельствах, а бодрствовать и прилежно молиться. Бог, видя веру человека, не допустит уповающему на Него впасть в искушение сверх его сил, а непременно поможет ему.

2. Взятие Иисуса

Христа под стражу

В это время тишину сада оглушил шум ворвавшейся в него толпы. Пришел отряд римских воинов, возглавляемый иудейскими начальниками и уполномоченными от первосвященников. С ними оказалось множество всякого люда, жаждущего зрелищ. Толпу привел Иуда, один из двенадцати апостолов, ставший предателем. За свое предательство он получил от первосвященников 30 серебрянных монет — сумма, сравнительно небольшая: за эту цену можно было купить на рынке раба.

Поцелуй Иуды. Икона XVI в

Хотя было полнолуние, толпа пришла с факелами, предполагая, что Господь попытается укрыться в потаенных местах сада. Ожидая сопротивления, воины пришли с мечами, а слуги — с палками. Первосвященники, боясь народного возмущения, велели Иуде проявить осторожность при аресте Иисуса. Толпа, пришедшая с Иудой, точно не знала, кого будут арестовывать. Было лишь приказано, что надо взять Того, на Кого укажет Иуда. Иуда же, храня в тайне данное ему поручение, ограничился следующим указанием: «Кого я поцелую, Тот и есть, за Кем мы идем» (Марк 14:44).

Можно предполагать, что Иуда намеревался, отделившись от отряда и забежав вперед, подойти к Иисусу с обычным приветствием, поцеловать Его, а затем отойти в сторону и сделать вид, что он не понимает, что происходит. Но это ему не удалось. Когда он подошел к Иисусу и растерянно залепетал: «Учитель, учитель,» — то Иисус спросил его в упор: «Друг, для чего ты пришел?» Не зная, что ответить, Иуда в смущении сказал: «Радуйся, Учитель,» и поцеловал Его. Господь упрекнул Иуду за этот гнусный поцелуй, сказав: «Целованием ли предаешь Сына Человеческого?»

Когда толпа приблизилась, Господь спросил: «Кого ищете?» Иудейские начальники, которые знали, за кем отряд послан, ответили: «Иисуса Назорея.» — «Это Я!» — громко ответил Христос. Пришедшим было внушено, что они должны будут взять Иисуса осторожно, так как Он имеет приверженцев, которые могут за Него заступиться. И вдруг Он открыто и ничего не боясь, заявляет: «Это Я!» Господь сказал это с такой властью, что Его враги от неожиданности отступили назад и упали на землю. Когда они несколько оправились и встали, Господь вторично спросил: «Кого ищете?» Они повторили: «Иисуса Назорея.» Господь говорит им тогда, умеряя свою Божественную власть: «Я сказал вам, что это Я. Итак, если Меня ищете, оставьте их [апостолов], пусть идут.» Трогательна эта забота Господа о Своих учениках. С первого дня призвания апостолов Спаситель оберегал их от опасностей, как это видно из Его первосвященнической молитвы к Богу Отцу: «Из тех, которых Ты Мне дал, Я не погубил никого.»

Итак, стража, оставив апостолов, арестовала Господа Иисуса. Тут пламенный апостол Петр, не дождавшись ответа на вопрос: «Не ударить ли нам мечом?» извлек нож и, ударив первосвященнического раба по имени Малха, отсек ему правое ухо. Господь одним прикосновением тут же исцелил его, сказав Петру: «Возврати меч твой в его место, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут.» Этоконечно, не пророчество, а только общий закон Божественной правды: кто хочет бороться со злом оружием, тому следует ожидать ответный удар. Похожая мысль заключена в ветхозаветной заповеди: «Кто прольет кровь человеческую, того кровь прольется рукой человека» (Быт. 9:6). К этому Господь добавил: «Или думаешь, что Я не могу теперь умолить Отца Моего, и Он предоставит Мне более, нежели двенадцать легионов Ангелов?» (Матф. 26:53). Легионом назывался у римлян отряд, состоявший из 10 тысяч воинов. Весь Ангельский мир ополчился бы в защиту Сына Божия, если бы Он не предавал Себя на страдания добровольно. 12 легионов Господь как бы противополагает Своим 12-ти ученикам.

Обращаясь к иудейским начальникам, Христос сказал: «Как будто на разбойника вы вышли с мечами и кольями. Но теперь ваше время и власть тьмы.» После этого ученики, покинув Его, разбежались. Остались только апостолы Петр и Иоанн, которые издали последовали за удалявшимся отрядом, ведшим Иисуса. Так они дошли до Иерусалима.

3. Суд над Господом

у первосвященников

Изображение в часовне на III остановке Крестного Пути в ИерусалимеСвязанного Спасителя ввели в дом первосвященников, который находился в Сионе, богатом районе верхнего Иерусалима. (Сион — местность на юго-запад от храма, где некогда стоял дворец царя Давида. Во времена Спасителя в Сионе жили иудейские начальники и знать. Здесь же находился дом с просторной горницей, где Господь совершил Тайную вечерю. Дом был просторным, с множеством помещений, расположенных на периферии обширного двора. Правящим первосвященником был Каиафа, а Анна был его тесть. (Каиафа — это прозвище. Его настоящее имя Иосиф. Он правил в качестве первосвященника с 18-го по 35-ый год после Р.Хр. В 1993 г. в семейной усыпальнице первосвященников на расстоянии полкилометра на юг от храма археологи нашли изящно высеченный саркофаг с костями человека и с именем Каиафы, написанным снаружи саркофага. Предполагают, что это и есть Каиафа, упоминаемый евангелистами). Хотя Анна был смещен со своей должности, однако он продолжал жить в первосвященническом доме, и с его мнением, как с мнением более старого и опытного первосвященника, все считались. Предварительный допрос Господа сделал Анна, после чего Каиафа возглавил формальный суд.

Хитрый Анна стал расспрашивать Христа, чему Он учил и кто были Его ученики. Этим он задавал уголовный тон дальнейшему судебному делу, набрасывая подозрение на Иисуса, как на главу какого-то заговора, с тайным учением и тайными целями. Господь сразу отвел от Себя возможность подобных обвинений, указав Анне: «Я говорил явно миру. Всегда учил в синагоге и в храме, и тайно не говорил ничего,» — и в доказательство этого предложил спросить свидетелей, постоянно слышавших Его. Несмотря на то, что в таком ответе не было ничего оскорбительного, один из слуг желая, очевидно, угодить первосвященнику, ударил Господа рукой по щеке, сказав: «Так ли отвечаешь Ты первосвященнику?» Чтобы вразумить слугу, Господь кротко посоветовал ему: «Если Я сказал худо, покажи, что худо; а если хорошо, что ты бьешь Меня?» — то есть, если ты можешь доказать, что Я учил народ чему-нибудь худому, то докажи это, а не бей без оснований.

Закончив предварительный допрос, Анна послал связанного Иисуса к первосвященнику Каиафе. Тем временем у Каиафы собрались старейшины, книжники, именитые фарисеи и почти весь синедрион. Несмотря на позднее время, они спешили скорее собрать свидетельства против Иисуса, чтобы приготовить все необходимое для другого, утреннего полного заседания синедриона, на котором они могли бы официально вынести Ему смертный приговор. Для сбора обвинений они пригласили лжесвидетелей, которые начали обвинять Христа в разных нарушениях закона (например, в нарушении субботнего покоя). Наконец пришли два лжесвидетеля, которые указали на слова, произнесенные Господом при изгнании торгующих из храма. При этом они злонамеренно переиначили слова Христа, вложив в них другой смысл. Господь сказал: «Разрушьте храм сей [мое тело], и Я в три дня воздвигну [воскрешу] его» (Иоан. 2:19). Он не говорил о том, что Сам разрушит храм, чтобы потом воздвигнуть его — как утверждали на суде лжесвидетели.

Но и такое приписанное Христу хвастовство не было достаточным для серьезного наказания. Иисус и не пытался опровергать эти нелепые и путаные обвинения. Молчание Христа раздражало Каиафу, и он решил вынудить у Господа такое признание, которое дало бы повод осудить Его на смерть, как богохульника. По судебным обычаям того времени, он обратился к Господу с формально поставленным вопросом: «Заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Христос — Сын Божий?» Это судебная формула заклинания требовала, чтобы обвиняемый непременно ответил сущую правду, призывая Бога во свидетели. На такой прямо поставленный, да еще под заклятием вопрос, Господь не мог не ответить. Не скрывая более Своего Мессианского и Божественного достоинства, Христос ответил: «Ты сказал!» то есть: «Да, ты верно сказал, что Я — обещанный Мессия, и прибавил: «Отныне увидите Сына Человеческого, сидящего одесную Силы и грядущего на облаках небесных.» Здесь ссылка на 109-ый псалом и на видение пророка Даниила. В указанном псалме Мессия изображается сидящим одесную Бога. Пророк же Даниил видел Мессию в образе «Сына Человеческого,» грядущего на облаках небесных. (В псалме 109-ом написано: «Сказал Господь [Бог Отец] Господу моему [Мессии]: сиди одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих… из чрева прежде денницы подобно росе рождение Твое.» Описание пророка Даниила: «Видел я в ночных видениях: Вот, с облаками небесными шел как бы Сын Человеческий, дошел до Ветхого Днями и подведен был к Нему. И Ему дана власть, слава и царство, чтобы все народы, племена и языки служили Ему. Владычество Его вечное, которое не пройдет, и царство Его не разрушится» (Дан. 7:13-14).

Этими ссылками на Священное Писание Господь подтвердил, что Он обещанный пророками Мессия и Сын Божий. Тогда первосвященник разодрал свои одежды и воскликнул: «Он богохульствует.» Раздирание одежды у иудеев выражало сильную скорбь или негодование. Первосвященнику запрещалось раздирать свою одежду. Этим драматическим жестом Каиафа хотел подчеркнуть, что он настолько возмущен заявлением Христа, что даже забыл про существующее запрещение.

«Каково ваше мнение?» — спрашивает Каиафа присутствующих, и получает желанный ответ: «Он повинен смерти!» Вынеся такой приговор, дотоле чинно сидевшие судьи превратились в озверевшую толпу и набросились на Христа. Не скрывая более своей ненависти, они начали издеваться над Ним и плевать Ему в лицо. Другие били Его по лицу и голове, спрашивая с издевкой: «Прореки нам, Христос, кто ударил Тебя?» Своим поведением они обнаружили, что весь их суд был лишь грубым лицедейством, под которым скрывалась их личная злоба против Христа. Они уже не блюстители Закона Божия, а ослепленная завистью чернь.

Апостол Иоанн, как рыболов, был знаком семье первосвященника, и его беспрепятственно пропустили во двор. Иоанн же провел с собой Петра. Так как было холодно, то во дворе развели костер, вокруг которого расселись стражники и слуги. Очевидно, и апостол Петр время от времени подходил к костру, чтобы погреться. Тут-то некоторые из слуг узнали Петра и начали обвинять его, что он ученик Христов, а Петр начал их уверять, что он никогда не знал «Этого Человека.» Потом кто-то опять обвинил Петра, что он ученик Христа. В третий раз уже под утро, когда несколько слуг с большой настойчивостью стали снова обвинять Петра, что он ученик Христа, тот сильно испугался и начал клятвами уверять, что он никогда не знал Его. В это время запел петух. Тут Петр вспомнил предсказание Спасителя о петухе и, стыдясь своего малодушия, вышел на улицу и горько заплакал.

4. Приговор синедриона

Первое заседание синедриона, начатое в доме Каиафы в четверг ночью, закончилось в пятницу рано утром. Второе заседание было созвано несколько часов спустя в великолепном здании синедриона, находящемся немного южнее храма. В Талмуде, где собраны древние еврейские законы, сказано, что в уголовных делах окончательное вынесение приговора должно следовать не ранее, как на другой день после начала суда. Но ни Каиафа, ни члены синедриона не хотели затягивать дело. Чтобы соблюсти хотя бы форму вторичного суда, синедрион собрался на следующее утро — уже в своем полном составе. На это второе заседание стражники привели связанного Иисуса Христа, который эти часы между собраниями провел на первосвященническом дворе, подвергаясь поруганию со стороны стражи и слуг.

Крестный путь. Карло Кальяри. 1580г

Господа Иисуса Христа ввели на заседание синедриона и снова спросили: «Ты ли Христос?» Важно было, чтобы новые члены синедриона, лично услышали признание Иисуса в том, что Он считает Себя обещанным пророками Мессией. Зная, что суд созван лишь для соблюдения формальности и что Его участь уже предрешена, Господь ответил: «Если Я скажу вам, вы не поверите, если же и спрошу вас, не будете отвечать Мне и не отпустите.» — «Итак, Ты Сын Божий?» — переспросили судьи, и Господь как бы нехотя подтвердил: «Вы говорите, что Я.» Это было формально выраженное согласие обвиненного — именно то, что хотели услышать обвинители. Довольные ответом, члены синедриона объявляют уже ненужным дальнейшее расследование дела и выносят приговор о предании Господа Иисуса Христа римской власти — Понтийскому Пилату — для исполнения над Ним смертной казни.

5.Господь Иисус Христос

на суде у Пилата

После приговора иудейские начальники поспешили повести Господа Иисуса Христа к Понтию Пилату. Со времени подчинения Иудеи римлянам у синедриона было отнято право наказывать преступников смертью. Поэтому необходимо было, чтобы римский правитель привел в исполнение только что вынесенное постановление.

Понтий, по прозванию Пилат, был пятым правителем (прокуратором) Иудеи. Он получил назначение на эту должность в 26-ом году после Р. Хр. от Римского императора Тиверия. Человек надменный и жестокий, но вместе с тем трусливый, он презирал иудеев и, в свою очередь, был ненавидим ими. Резиденция прокураторов находилась в Кесарии (на берегу Средиземного моря, километров 80 на север от Иерусалима). Лишь на большие праздники прокураторы приезжали в Иерусалим для наблюдения за порядком.

Иудеи повели Иисуса в преторию, то есть судебную палату римского правителя, которая находилась в Антониевой крепости, примыкавшей к храму с северо-западной стороны. Здесь помещался римский гарнизон. Прикосновение к чему-либо языческому у иудеев считалось осквернением, поэтому иудейские начальники не вошли во двор крепости, дабы не лишиться права праздновать Пасху, которая начиналась вечером того же дня.

Пилат, делая уступку иудейским обычаям (ибо римляне щадили обычаи побежденных народов, чтобы не возбуждать их против себя), сам вышел к ним на лифостротон (от греческого лифос — камень), открытый каменный помост перед жилищем прокуратора, и спросил: «В чем вы обвиняете этого человека?» — «Если бы Он не был злодей, мы не предали бы Его тебе,» — ответили начальники. Они не хотели нового разбирательства дела Спасителя и надеялись, что Пилат сразу утвердит вынесенный ими приговор. Пилат, чувствуя здесь ущемление своей власти, сразу поставил обвинителей на своё место по отношению к себе, как представителю императора: «Если я не знаю, в чем состоит обвинение, то вы возьмите Его и по закону вашему судите.» Понимая, что положение у них безвыходное, иудеи быстро меняют свой гордый тон на покорный: «Нам не позволено предавать смерти никого.»

Далее начальники были вынуждены изложить свои обвинения против Христа: «Мы нашли, что Он развращает народ и запрещает давать подать Кесарю (императору), называя Себя Христом Царем» (Лук. 23:2 Лукавые лицемеры, сами ненавидящие римлян, изобретают это клеветническое обвинение чисто политического характера, чтобы легче добиться утверждения смертного приговора. На это обвинение Пилат наедине внутри претории спросил Иисуса: «Ты Царь Иудейский?» — «От себя ли ты говоришь это, или другие сказали тебе обо Мне?» — Господь переспросил Пилата. Надо было знать происхождение этого вопроса. Если сам Пилат пришел к нему, то надо было ответить «нет,» потому что Христос никогда не объявлял Себя земным царем. Если же вопрос Пилата — повторение того, что говорили иудеи, то надо было признать, что Он действительно есть Царь как Сын Божий.

Ответ Пилата дышит презрением к иудейству: «Разве я иудей? Твой народ и первосвященники предали Тебя мне. Что Ты сделал?» Никакого царственного достоинства во Христе он не допускает, а только хочет знать, в чем состоит Его вина. Иисус успокаивает Пилата, что ему не надо бояться Его как претендента на земную власть, потому что «Царство Мое не от мира сего.» Выражая сомнение в возможности существования какого-то другого неземного царства, Пилат переспросил: «Итак, Ты Царь?» Тогда Господь объясняет, что Он Царь духовного Царства и пришел на землю для того, чтобы свидетельствовать об Истине, — раскрыть людям высшие духовные принципы. Его подданные те, кто внимает небесному учению. Пилат, как грубый язычник, не верил в существование объективных истин или безусловных ценностей. «Что есть истина?» — пренебрежительно бросил он и отошел, не желая дальше вести беседу на бесполезную, как ему казалось, тему. Однако Пилат понял, что Иисус ничем не угрожает римскому владычеству, и потому, выйдя к иудеям, он объявил им, что не находит в Нем никакой вины.

Это заявление глубоко уязвило самолюбие членов синедриона и они, перебивая друг друга, начали обвинять Господа во многом, желая во что бы то ни стало добиться Его осуждения. В это время Господь хранил полное молчание, «так что правитель весьма дивился.» Наконец иудеи стали обвинять Иисуса, что Он возмущает народ, уча по всей стране. Услышав, что Христос пришел из Галилеи, Пилат отправил Иисуса к царю Ироду, по случаю праздника тоже прибывшему в Иерусалим. Это был тот Ирод, по прозванию Антипа, который обезглавил пророка Иоанна Крестителя. Возможно Пилат, надеялся получить от Ирода более определенные сведения об Обвиняемом. Скорее же всего он хотел переложить на плечи Ирода неприятное для него судебное дело. Ирод, польщенный признанием Пилата его царской власти, с того времени подружился с ним.

Зная о чудесах Христовых, и думая, что Он — воскресший из мертвых Иоанн Креститель, Ирод надеялся увидеть от Господа какое-нибудь чудо, чтобы позабавить себя в праздничные дни. Итак, увидев Иисуса, Ирод обрадовался и стал задавать Христу много вопросов. Он надеялся услышать от Христа что-нибудь занимательное, но на все его вопросы Господь хранил полное молчание. Тем временем первосвященники и книжники без умолку обвиняли Господа, доказывая, что Его проповедь опасна столько же для Ирода, сколько и для Римского императора. Ирод не принял серьезно обвинений иудейских начальников и, надругавшись над Христом, облек Его в белую одежду и отослал обратно к Пилату. По обычаю римлян в белую одежду облекались кандидаты на какую-либо начальственную или почетную должность (слово кандидат, от латинского кандидус, значит белый, светлый). Ирод тем самым хотел показать, что он смотрит на Иисуса только как на жалкого фанатика, никому ни чем не угрожающего.

Так это понял и Пилат. Ссылаясь на то, что Ирод не нашел в Иисусе ничего достойного смерти, Пилат предлагает начальникам, наказав Христа, отпустить Его. Этим Пилат надеялся удовлетворить их злобу. Они решительно отклонили его предложение. Тогда Пилат вспомнил, что у иудеев существовал обычай перед Пасхой просить правителя отпустить на свободу одного из осужденных на казнь. Понимая, что начальники предали Христа из зависти и рассчитывая найти поддержку у простого народа, Пилат спросил людей, обступивших лифостротон: «Кого хотите, чтобы я отпустил вам: Варавву или Иисуса, называемого Христом?»

Пока люди стали между собой совещаться за кого просить, случилось еще одно обстоятельство, подействовавшее на Пилата в благоприятном для Господа Иисуса Христа направлении. Пока он сидел на своем судейском месте, к нему явился посланный от его жены, которая просила сказать ему: «Не делай ничего худого тому Праведнику, потому что я ныне во сне много пострадала за Него.» Древние христианские писатели называют ее Клавдия Проскула и утверждают, что она исповедовала иудейскую веру, а потом стала христианкой. Вероятно, она во сне видела Иисуса Христа, как невинно терзаемого Праведника, и мучилась мыслью, что ее собственный муж станет Его палачом.

Но в то время как посланный передавал Пилату просьбу жены, иудейские начальники поспешили убедить народ просить за Варавву. Когда Пилат вторично спросил: «Кого из двух хотите, чтобы я отпустил вам?» — люди в один голос заявили: «Варавву.» «Что же я сделаю Иисусу, называемому Христом?» — спросил тогда Пилат. На это они закричали: «Да будет распят!» Тогда Пилат, заступаясь за Христа, поинтересовался: «Какое же преступление сделал Он.» Но толпа, не имея что ответить, еще сильнее завопила: «Да будет распят!»

Так народ, развращенный своими религиозными вождями, разбойника Варавву предпочел своему Спасителю, который учил любви и совершал среди них бесчисленные исцеления. Варавва же был известным разбойником, который со своей шайкой производил в городе грабежи и убийства.

Оглушенный неистовым воплем, Пилат растерялся. Он не хотел допустить в народе волнений, которые пришлось бы усмирять вооруженной силой. Он боялся, что озлобленные первосвященники донесут Кесарю, что он сам вызвал волнения, защищая государственного преступника, каким они выставляли Господа. Пилат попробовал успокоить их жажду крови, отдав Невинного на бичевание. Для бичевания воины отвели Иисуса в преторию (судилище внутри двора), где было много места, и собрали против Него весь полк. Они раздели Иисуса и начали бичевать Его. Такое бичевание назначалось у римлян за тяжкие преступления, и притом для рабов. Бичи делались из ремней, и в концы их вделывались острые костяные и металлические палочки. Бичуемого привязывали к столбу в наклонном положении и затем воины били его по обнаженной спине. При этом тело от первых же ударов разрывалось и кровь обильно текла из ран. Истязание было столь мучительным, что некоторые под ударами умирали. Такому страшному наказанию подверг Пилат Того, в Ком не нашел никакой вины, но сделал это, чтобы угодить кровожадной толпе.

Окончив бичевание, воины стали бесчеловечно издеваться над Страдальцем. Они надели на Него багряницу, т.е. военный плащ красного цвета, подобный плащам высших военачальников. Такие плащи не имели рукавов и накидывались так, чтобы правая рука оставалась свободной. Багряница, надетая на Христа, иронически изображала порфиру Иудейского царя. На главу Господа возложили венец, сплетенный из колючего терния, а в руки вложили трость, изображающую царский скипетр. Сделав это, некоторые из воинов стали преклонять колена перед Божественным Страдальцем и, ругаясь над Ним, приветствовали: «Радуйся, Царь Иудейский.» Другие же ударяли Его по щекам, плевали на Него и били тростью по голове, от чего иголки еще глубже впивались в Его чело.

После этого, измученного и истерзанного Господа Пилат повелел вывести наружу, надеясь этим вызвать жалость к Нему у народа и отклонить требование о распятии. Так рассуждал язычник, не знавший Бога и Его заповеди о любви. Но увы, не так рассуждали духовные вожди иудейского народа, осатаневшие в своей злобе против Спасителя мира. Когда Господа вывели на лифостротон, Пилат сказал: «Вот я вывожу Его к вам, чтобы вы знали, что я не нахожу в Нем никакой вины.» И, указывая на Него, добавил: «Се, человек!» Этим восклицанием Пилат обращался к суду их совести. Смотрите, как бы говорил он, — вот Человек одинокий, униженный, истерзанный. Неужели Он похож на какого-то опасного бунтовщика; не возбуждает ли Он одним Своим видом больше сожалений, чем опасений? Вместе с тем Пилат невольно сказал подлинную правду: Господь и в унижении Своем, больше, чем во славе и царственном блеске, проявил все духовное величие и нравственную красоту истинного Человека, каким он должен быть по замыслу Творца. Для христиан слова Пилата означают: вот образец Человека, к которому все должны стремиться.

Но иудейским начальникам и толпе все было нипочем. Едва они увидели истерзанного Христа, как еще громче возопили: «Распни, распни Его!» Такая слепая ненависть вызвала у Пилата досаду и заставила его с резкостью сказать: «Возьмите Его вы и распните: ибо я не нахожу в Нем вины.» — Если вы так настойчивы, то распинайте Его сами на свою ответственность, а я как представитель правосудия не могу принимать участия в таком недостойном поступке. Но кроме возмущения эти слова Пилата ничего не выражали, а потому враги Христовы продолжали добиваться согласия Пилата на смертный приговор, выставив новое обвинение: «Мы имеем закон, и по закону нашему Он должен умереть, потому что сделал себя Сыном Божиим» (Иоан. 19:5-8).

Услышав это, Пилат испугался. Конечно, выражение «Сын Божий» он мог понимать только в языческом смысле, в смысле полубогов-героев, которыми полна языческая мифология, но и этого было достаточно, чтобы его смутить, принимая во внимание и предупреждение его жены, видевшей какой-то таинственный сон об этом загадочном Человеке. И вот Пилат уводит Иисуса с собой в преторию и наедине спрашивает Его: «Откуда Ты?» Действительно ли Ты Сын Божий? Но Иисус не ответил ему. Бесполезно было отвечать на этот вопрос. Когда раньше Господь хотел объяснить Пилату цель Своего пришествия, это лишь вызвало у него скептическую улыбку.

Преодолевая страх, Пилат хотел напомнить Христу о своем великом положении, и тем расположить Его к ответу: «Мне ли не отвечаешь? Не знаешь ли, что я имею власть распять Тебя и власть имею отпустить Тебя?» Господь отвечает на эти горделивые слова с Божественной мудростью: «Ты не имел бы надо Мной никакой власти, если бы не было дано тебе свыше. Посему более греха на том, кто предал Меня тебе.» Иными словами, то, что Я в твоих руках, это по попущению Божию. Отдав иудейский народ в подчинение римской власти, Бог тем самым дал тебе власть надо Мной, как Человеком. Однако и ты будешь виновен в Моем распятии, ибо против совести осуждаешь; но большая ответственность ложится на тех, кто добился этого беззаконного приговора — на иудейских начальников. Мудрые слова Господа расшевелили в Пилате его лучшие чувства, и он еще настойчивее стал искать возможности отпустить Его.

Тогда враги Христа перешли к крайнему средству: к угрозе обвинить самого прокуратора в измене Римскому императору: «Если отпустишь Сего, ты не друг кесарю.» Это испугало Пилата, ибо императором тогда был подозрительный и жестокий Тиверий, охотно принимавший доносы. Этой угрозой иудейские начальники решили дело. Пилат искренне хотел спасти Христа от распятия, но не ценой своей карьеры. Тогда, воссев на судейское место, он формально оканчивает суд. Это была пятница перед Пасхой, около «шести часов,» — по нашему счету около 12 часов дня. (Евангелист Марк говорит: «Был час третий и распяли Его» (15:25), а от шестого до девятого часа была тьма по всей земле (Матф. 27:45). Сутки делились на четыре части по три часа в каждой. Новом Завете упоминаются часы 1-ый, 3-ий, 6-ой и 9-ый. Шестой час это период времени между 9-ю часами утра и полуднем.

Мстя иудеям за вынужденный приговор, Пилат говорит им с раздражением: «Се, Царь ваш!» Этим он бросает жестокий упрек и как бы говорит им: вы мечтаете о возвращении себе самостоятельности, о каком-то высоком звании среди народов мира. Эту задачу никто не способен так успешно исполнить, как этот Человек, называющий Себя духовным Царем Израиля. Как же это вы, вместо того, чтобы преклониться перед Ним, требуете, чтобы я, ненавистный вам римский правитель, отнял у вас вашего Царя, который может осуществить ваши заветные мечтания?

Видимо, так и поняли эти слова обвинители, потому что с яростью возопили: «Возьми, возьми, распни Его. Смерть, смерть Ему!» Это был крик от раны, нанесенной им в самое чувствительное место. Но Пилат, прежде чем окончательно уступить, еще раз хочет уязвить их и с иронией спрашивает: «Царя ли вашего распну?» На это начальники в своем ослеплении злобой произнесли роковые слова, решившие последующую судьбу еврейского народа: «Нет у нас царя, кроме кесаря!» Раньше иудеи утверждали: «Нет у нас иного Царя, кроме Бога.» Теперь же только для того, чтобы добиться распятия Христова, они от всего отреклись, заявив, что не желают иметь другого царя, кроме Римского императора. Только тогда Пилат решился удовлетворить их желание и предал им Иисуса на распятие.

Взяв воды и умыв руки, Пилат заявил перед всеми: «Невиновен я в крови этого Праведника, смотрите вы» (Матф. 27:24). У иудеев существовал обычай умывать руки в знак того, что умывающий считает себя невинным в пролитии крови обвиняемого (Втор. 21:6-8). Пилат воспользовался этим обычаем, чтобы подчеркнуть перед всеми, что он снимает с себя ответственность за казнь Иисуса, Которого он считал невинным и Праведником. «Смотрите вы,» — то есть вы сами будете отвечать за последствия этого несправедливого убийства. Лишь бы вынудить у прокуратора согласие на утверждение смертного приговора, иудеи соглашаются на все, не думая ни о каких последствиях. «Кровь Его на нас и на детях наших,» — кричали иудеи. Если это — преступление, то пусть кара Божия постигнет нас и наше потомство.

Святой Иоанн Златоуст говорит по этому случаю: «Такова безрассудная ярость, такова злая страсть! Пусть так, что вы сами себя прокляли. Но для чего навлекаете проклятие на детей?» Это проклятие, которое сами иудеи навлекли на себя, скоро исполнилось. В 70-м году после Р. Хр. при осаде Иерусалима римляне распяли на крестах вокруг города громадное количество евреев. Исполнялось оно и в дальнейшей истории евреев, рассеянных с тех пор по многим странам — в тех бесчисленных «погромах,» которым они подвергались, во исполнение пророчества Моисея во Второзаконии (гл. 28:49-57; 64-67).

«Тогда Пилат отпустил им Варраву. Иисуса же, бив, предал на распятие.» Иными словами, утвердив приговор синедриона, Пилат дал им воинов для совершения над Господом Иисусом Христом смертной казни через распятие.

Умыв руки, Пилат, конечно, не мог снять с себя ответственности ни перед беспристрастным мнением человечества, ни перед судом Божиим. Выражение «умывать руки» с тех пор вошло в поговорку. Через год с лишним кара Божия постигла Пилата за малодушие и неправедное осуждение Того, Кого он сам назвал Праведником. Он был отправлен в ссылку в Галлию и там через два года изнуренный тоской, терзаемый угрызениями совести и отчаянием, окончил свою жизнь самоубийством. (В 1961-ом году на месте древней Кесарии была найдена плита с именем Пилата, высеченным по латыни: «Cаеsаriаnis Тibеrium Pоntius Pilаtus Prеfеctus Iudаеае dеbit,» то есть: Понтий Пилат, префект Иудеи, подарил жителям Кесарии [этот театр имени] Тиверия. Пилат назван здесь «префектом,» что значит военный правитель. Титул прокуратор применялся к гражданским правителям. Возможно, Пилат совмещал обе должности.

Просмотры (12)

Читать далее
Перейти к верхней панели